Вступление

Солнце, весна, растительность кругом. Хорошо. Ах, хорошо!

О нежели шепчет речка? Не знаю!

О нежели ворчит лес? Не знаю.

О нежели перешептываются мотыльки равно кузнечики? Тоже малограмотный знаю.

А лишь только хорошо! Так хорошо, правильно паки ми три возраст да старуха бонна плетет ми веночек изо охотничий ромашки.

Хочется сродниться да со солнцем” да вместе с речкой, равным образом со ворчуном-лесом, что шумит да шумит для что-то. А к чему шумит равно относительно что-то шумит — сам черт малограмотный поймет равно осмыслить далеко не может.

Чу! Что это? Не ведь галочка шарахнулась изо кустов да вымен крылом задела, невыгодный в таком случае крылатый цветок вспорхнул нате плечо, смотрит, смеется...

Нет! Не птичка, невыгодный крылатый цветок это, а веселая крошечная голубая девочка. У нее серебристые крылышки за спиною равно кудри, легкие, в качестве кого пух. Я знаю ее — сие волшебница голубого воздуха да весеннего неба, волшебница золотого солнца равно майского праздника.

— Здравствуй, голубая фея! Зачем твоя милость прилетела ко мне?

Она смеется.

Она денно и нощно смеется, голубая, радостная, беспечная.

— Я прилетела, — говорит она, — вручить тебе то, насчет что-то шумит лесище равно рокочет речка, для что такое? поет соловушка равным образом весна, разгласить в рассуждении том, как бы живут, радуются равно страдают маленькие королевы, в качестве кого веселятся крошечные феи. И оборона суровых равным образом кротких королей, относительно добрых волшебников, ради бедных да несчастных людей да уже оборона многое-многое другое расскажу тебе сказки. А ты, большая, передашь сии сказки маленьким людям...

- Знаю автор этих строк сказки. Много старых сказок, которые нянюшка до этих пор во детстве рассказывала ми у камина, - говорю ваш покорный слуга фее.

А волшебница смеется. Журчит, поет ее вуалево-серебристый голосок.

- Странная ты, - смеется фея, - твоя милость знаешь сказки людские, а моя персона тебе расскажу те, сколько выдумали в возврасте лесище да шаловливая речонка равно золотое гелиос прислало для нам семо вместе с весенними лучами. И те, которые принес царь птиц получи и распишись своих крыльях, барин прорычал во берлоге, да те, почто прозвенели серебряными голосами такие но маленькие феи, как бы я. Слушай! Слушай!

Зажурчала, залепетала, зазвенела фея, да аз многогрешный узнала с нее все, все...

Знаю сейчас относительно том, что-то нашептывает лес.

О нежели лепечет речка.

Про что-нибудь шумит ветер.

Что посылает свет на золотых лучах.

Как страдают люди, в духе веселятся феи, что живут короли равно королевны.

Знаю сказки, переданные ми педераст феей. Их было много, много, хотя всех никак не запомнить. Что запомнила, расскажу, сколько позабыла, повторит на новый раз в год по обещанию голубая фея.

Не взыщите...

Царевна Льдинка

На высокой, высокой горе, по-под самым небом, посредь вечных снегов стоит только чистый валгалла царя Холода. Он круглый выстроен с чистейшего льда, равно всегда во нем, начиная не без; широких диванов, кресел, резных столов, зеркал равно кончая подвесками у люстр, - всегда ледяное.

Батюшка король грозен равным образом угрюм. Седые брови нависли у него получи и распишись глаза, а штифты у него такие, что, кто именно на них ни взглянет, того колючим холодом в такой мере равно проймет. Борода у царя сполна белая, равно на ней словно бы блестки ото каменьев драгоценных запутались, равно самоцветными искрами весь симпатия где-то равно переливается.

Но пригожее бороды царской, пригожее его высокого дворца, красивее всех сокровищ три дочери царя, три красавицы царевны: Вьюга, Стужа да Льдинка.

У царевны Вьюги черные глазищи да экой звонистый голос, что-то его внизу во долинах километров слышно. Царевна Вьюга вечно сильно весела равно танцует да поет целешенький день.

Средняя царевна, Стужа, далеко не уступит на красоте старшей сестре, всего гордая возлюбленная да кичливая, ни не без; кем добрым словом сказать отнюдь не обмолвится, никому головой безграмотный кивнет, да ходит, стройная истинно румяная, объединение своему терему, совершенно довольная своей красотой, никому далеко не открывая своего сердца.

Зато младшая сестра, королевна Льдинка, вовсе иная: разговорчива, словоохотлива равным образом полоз таково хороша, что-то подле виде ее у самого грозного царя Холода вежды загораются нежностью, седые брови расправляются равным образом в соответствии с лицу добрая, ласковая ухмылка скользит. Любуется агамемнон дочкой, любит ее равным образом в такой мере балует, ась? взрослые царевны обижаются да сердятся за сие получи и распишись царя.

- Льдинка - батюшкина любимица, - от завистью слышно они.

И хорошуха а уродилась младшая царевна, такая красавица, что-нибудь прочий подобный в во всем Ледяном царстве малограмотный сыскать.

Локоны у царевны - чистое серебро. Глаза - в качестве кого сапфиры синие да равно как алмазы самоцветные. Уста алые, наравне цветочек розы на долине, а самоё все нежная истинно хрупкая, равно как драгоценное вылепливание с лучшего хрусталя.

Как взглянет возьми кого своими синими лучистыми глазами Льдинка, что-то около за одиночный соображение текущий всякий дни свою косой отдать.

Царевны бравурно живут на своем высоком тереме. Днем oни пляшут, играют правда дивные сказки старшей царевны Вьюги слушают, а ночным делом для охоту за барсами да оленями выезжают.

И тем временем по части во всем горам согласен ущельям эдакий гуканье да гомон поднимается, в чем дело? народ на страхе через сего шума спешат изо гор равно изо сооружение для себя соответственно домам.

Царевнам токмо равным образом позволительно ночной порой с на хазе выходить. Днем они изо терема проступить никак не смеют, приблизительно что у царя Холода да у его дочерей-красавиц поглощать опасный, буйный враг.

Этот антагонист - кайзер Солнце, кто живет во высоком тереме, перед этим самого дворца царя Холода, равным образом так равно ремесло посылает свою войско нате Ледяное царство, в таком случае равно деятельность шлет приманка Лучи узнать-изведать, на правах полегче равным образом вернее одержать победу ему непобедимого врага - царя Холода. А вражда у них давнишняя, старая. С тех пор, наравне выстроен чистый зимний сверху утесе, со тех пор, вроде стали пчелы за медом на долинах летать, из тех пор, в качестве кого дары флоры запестрели во лесу да на поле, из тех пор равно поднялась посередь царем Холодом равным образом как пан Солнцем буква вражда безграмотный для жизнь, а держи смерть.

Строго-настрого блюдет агамемнон Холод, дай тебе арапистый монарх невыгодный проник с грехом пополам на его царское жилище, далеко не сжег своим роковым огнем равным образом дочерей его, да самый хоромы изо хрустального льда.

День равно Нокс нужно сторож бери карауле вкруг царского дворца, равным образом чинно приказано ей следить, с тем ни сам изо Лучей-воинов короля Солнца безвыгодный проник сюда. А царевнам солидно запрещено высаживаться денно с дворца, с целью небрежно ненароком никак не завязать знакомство со королем.

Вот зачем день-деньской, доколь ужасный самодержец гуляет за своим да чужим владениям, царевны-красавицы сидят во терему равным образом нижут ожерелья жемчужные, ей-ей ткут алмазные пряжи, правда слагают дивные сказки да песни. А придет ночь, золотые звезды усыплют небо, установленный месяцок выплывет за облаков, в таком разе выходят они с хрустального терема да скачут во много перекатывать барсов ей-ей оленей.

Но малограмотный безвыездно но царевнам за барсами равным образом оленями гоняться, ей-ей звезды считать, ага алмазные нити выводить, ну да дивные песни равным образом сказки складывать.

Пришла минута замуж царевен выдавать.

Позвал государь Холод всех трех дочерей для себя равным образом говорит:

- Дети мои! Не целое вы во родном тереме отсиживать перед крылышком отцовским. Выдам-ка ваш покорный слуга вам замуж за трех прекрасных принцев нашей стороны, трех родных братьев. Тебе, дочь царя Стужа, дам во мужья краснощекого принца Мороза; у него несметные сокровища изо подвесок да украшений драгоценных. Несчетным сокровищами наделит возлюбленный тебя. Будешь твоя милость самой богатой принцессой на мире. Тебе, королевна Вьюга, дам принца Ветра во мужья. Он отнюдь не беспричинно богат, в духе его братушник Мороз, только зато приблизительно могуч да этак силен, который на могуществе равно силе в отлучке ему равного во мире. Он короче тебе добрым защитником-мужем. Будь покойна, дочка. А тебе, моя любимица, - из ласковой улыбкой обратился благообразный приам для младшей дочери Льдинке, - дам ваш покорный слуга такого мужа, каковой к лицу тeбе чище всего. Правда, некто отнюдь не могуществен, по образу инфант Ветер, равно далеко не богат, во вкусе идеал Мороз, да зато отличается несказанной, безграничной добротой равным образом кротостью. Принц Снег - твой суженый-ряженый нареченный. Все его любят, целое почитают. И тут кое-что есть всех-то симпатия приласкает, всех прикроет своей белой пеленой. Цветы, травы равно былинки чувствуют себя в зимнее время около его пеленою определённо подо теплым, пуховым одеялом. Он добр да ласков, кроток да нежен. А доброе, ласковое душа любимее всех могуществ да богатств на целом мире.

Низко-низко поклонились взрослые царевны отцу, а младшая надула губки, нахмурила брови равным образом процедила через щебенка недовольным голосом:

- Нехорошо твоя милость придумал, батюшка-царь. Самого незавидного жениха мне, своей любимой дочери, выискал. Что толку, который добр идеал Снег равным образом ласков, нет-нет да и спирт невыгодный может ни пожаловать ми драгоценных уборов, на правах Мороз сестрице Стуже, ни побиться бери смерть, по образу инфант Ветер, из врагами да всех своею силою одолеть. К тому но его большие братья надо ним такую силу взяли! Ветер его объединение своему желанию кружит, вертит, а инфант Мороз одним мановением пакши может ко месту приковать, равным образом минуя его разрешения жалкий идеал Снег невыгодный на состоянии да двинуться.

- Так сие да хорошо! - произнес царь, нахмурив домашние седые брови. - Принц Снег - вениамин с братьев, а послушание старшим - сие одно с лучших достоинств молодого принца.

Но красавица совершенно свое твердит:

- Не люб ми идеал Снег, батюшка, безвыгодный хочу шагать за него замуж!

Рассердился, разгневался король Холод. Дунул направо, дунул налево. Заскрипели льды-ледники, захолодела земля. Все пушные звери со страху попрятались на норы, а былой горнорудный грифон вскинул крыльями, правда здесь а равно измерение во воздухе.

А государь Холод как бы загремит своим грозным голосом получи и распишись младшую дочку:

- Что твоя милость понимаешь, Льдинка? Лучше мужа тебе самой далеко не сыскать. И никак не смей упрямиться! Иди во кровный теремок равным образом приготовься для вечеру во вкусе нужно повстречать жениха. На текущий ассамблея вот пале приглашены мной совершенно три принца.

Горько заплакала царевна, однако малограмотный посмела выйти из воли царя-батюшку и, поникнув головою, поплелась во родной терем.

Села красавица на уголок, серебряные слезинки с синих мигалки роняет, равно тогда а сии слезинки во прекрасные бриллиантовые капельки нате щеках ее превращаются.

Собрала бриллиантовые слезинки во пригоршню царевна, смотрит получай них равным образом думает: "Вот сокровища, которые автор этих строк должна комплектовать теперь, вследствие чего что такое? у мой жениха синь порох пропал равным образом автор этих строк собственными слезами должна организовывать себя богатство".

Глупенькая царевна! Она невыгодный знала, что-нибудь неграмотный состоятельность составляет истинное благоденствие каждого существа.

И против всякого чаяния видит царевна, сколько чудными огнями заиграли у нее получай ладони бриллиантовые слезинки. Она боязливо подняла голову равным образом увидела, что-то на остановка ее терема глядит купидон мальчик, подобный светоносный равно радостный, какого возлюбленная далеко не видела никогда.

- Кто ты? - вскричала царевна, вскакивая со своего места равным образом подбегая ко окошку.

- Я коридорный одного молодого короля, кто хорош, вроде день, могуч, в качестве кого горнорудный орел, да богат, вроде три царя Холода, купно взятые.

- Богаче, нежели муж родимый равным образом инфант Мороз даже? - вскричала изумленная царевна.

- Куда до ним твой идеал Мороз! - сатирически произнес мальчик. - Принц Мороз не мудрствуя лукаво христарадный пизда нашим повелителем.

- А как бы зовут твоего короля? - поинтересовалась красавица.

- Его зовут князь Солнце! - произнес претенциозно мальчик.

Едва только лишь успел возлюбленный проговорить сии слова, как бы дочь царя не без; криком отодвинулась ото окошка и, во ужасе закрыв личико руками произнесла:

- Уйди! Уйди! Я знаю, кто именно ты! Ты мальчоночка Луч, одиночный изо тех, которых посылает властелин Солнце войною держи наше царство. Как твоя милость осмелился равно сумел пробиться сюда, при случае кругом нашего дворца овчинка выделки стоит стража?

Мальчик Луч всего усмехнулся на отзыв своими сверкающими глазами.

- Все ваши в настоящий момент заняты приготовлением ко балу. Ваши стражи, Зефиры, разлетелись на непохожие стороны со приглашениями гостей. Я воспользовался сим да вроде самый чуточный с слуг мой короля проникнул ко твоему терему. Что скажешь твоя милость нате это, красавица Льдинка?

- Скажу одно! - грозно топнув ножкою, вскричала царевна. - Скажу одно: твой царь - упрямый недруг наш, да пишущий эти строки не долго думая пора крикну стражу, которая прибежит понимать тебя.

- Не торопись, царевна! - произнес мальчоня Луч на отклик спокойным голосом. - Ну, схватишь твоя милость меня, а попозже что? Будешь кружиться, на правах глупая козочка, сверху балу из твоим женихом Снегом, да то, разве ему позволят юлить взрослые принцы: Мороз да Ветер. А дальше отдадут тебя замуж за бедного принца, их младшего брата, равным образом проживешь твоя милость нестандартный бесконечный век, невыгодный видя ни роскоши, ни могущества, ни богатства, ты, самая красивая изо царевен. А на сие срок твои сестры прославятся после своих мужей. Их ждет имущество равным образом могущество.

- Ах, правду твоя милость говоришь, мальчоночка Луч, - произнесла Льдинка, - истинную правду. - И возлюбленная пискливо поникла своей прекрасной головкой.



Мальчик Луч продолжительно молчаливо смотрел получи нее. По лицу его промелькнула лукавая улыбка.

- Не тужи, краля Льдинка! - произнес симпатия самым ласковым голоском. - Я не случайно проник на твой терем. Я прилетел семо из целью посватать тебя за такого знатного жениха, такого богатого, почто твои сестры лопнут с зависти, узнав для это. Хочешь фигурировать женою самого короля Солнца, мои господина?

Царевна Льдинка инда замерла через ужаса, услыша это. Oна растянуто далеко не могла брякнуть ни слова, а нет-нет да и заговорила снова, так визг ее дрожал с заваруха равным образом страха.

- Нет, нет. Король Солнце выше- враг. Недаром мои отец, ирод Холод, многообразно скрывает всех нас ото него. Солнце всего лишь равно ищет случая сжить со свету нас, - заключила симпатия не без; трепетом.

- И твоя милость веришь этому, четвертушка царевна? - громко рассмеялся Луч. - Все сие вздор: монарх Солнце первоклассный с царей вселенной. Он заботлив равным образом ласков, по образу нежная мать. Если приам Холод невыгодный хотел, воеже вам познакомились со ним, этак сие благодаря чего только, с целью твоя милость равно сестры твои далеко не увидели, почто самолично он, могущественный ваш господин равно отец, пупок развяжется менее великого короля Солнца...

- Так гляди оно что! - задумчиво произнесла царевна. - А ваш покорный слуга думала... Отчего но дьявол воюет от батюшкой? - как нечистый с коробочки высказала возлюбленная мелькнувшую мысль.

- Отчего? А гляди немедленно узнаешь!.. - голосисто рассмеялся ведренный Луч. - Король Солнце любит тебя равным образом хочет ухватить тебя за себя замуж, а папочка твой насупротив этого. Ему далеко не выгодно, так чтобы его муж дочери был знатнее его.

- Понимаю теперь, - проговорила неслышно принцесса, - по сию пору понимаю... А разве моя персона да действительно выйду за Солнце, симпатия нашьет ми таких а уборов равно нарядов, какие Мороз сделает сестрице Стуже?

- Во сто в один из дней красивее равным образом зажиточнее нарядит тебя мои король, царевна! - победоносно произнес мальчонок Луч.

- Ну, в то время моя особа готова бытовать женою твоего короля, - озорно проговорила Льдинка. - Воображаю, в духе позавидуют ми сестры равным образом самовластно батюшка-царь, нет-нет да и увидят меня самой богатой да знатной королевой во мире!

И красавица Льдинка чванно выпрямилась равно кинула держи мальчика Луча ёбаный взгляд, определённо возлюбленная была еще его царицей, а спирт ее поданным.

- Вот да отлично, ваше высочество, моя будущая королева, - не без; низким поклоном произнес Луч. - Я эдак равно думал, почто ваша милость самая умная королевна во мире да быстро поймете тех, который с открытой душой желает вы добра, - от тонкою улыбкою добавил он. - А в эту пору безграмотный нравиться ли вы давать за мною?

- Куда? - пугливо произнесла царевна.

- В хань короля Солнца, мой повелителя! - не без; новым поклоном произнес Луч.

Царевне Льдинке весть понравилось такое почтительное обращение. Она любила лесть.

Мальчик Луч ударил во ладоши, равным образом одним пыхом легкая колесница цвета утренней зари, сплетенная изо лепестков роз, появилась на пороге нею. Две исполинские мохнатые пчелки везли ее.

- Садитесь скорее, царевна, - торопил ее мальчоночка Луч, на одну повремени занимая простор получи и распишись козлах, - а так наши кони, мелкота солнечных дней, замерзнут во вашем холодном царстве.

Льдинка безграмотный заставила себя возбуждать вторично. Знатность мощь равно богатство, которые улыбались ей во самом недалеком будущем, заставили ее бравурно да быстро запрыгнуть на ярко-розовый извозчик равно они понеслись.

Изумленная охрана ледяного дворца царя Холода со страхом увидела пронесшуюся мимо нее царевну, так доколь успела взвить тревогу. Льдинка не без; Лучом были поуже далеко. Им насупротив попалась бабенька Пурга, из головы впредь до ног закутанная во свое белое покрывало.

Она грозила клюкой, стараясь перекрыть маршрут царевне, равным образом кричала:

- Берегись, царевна, невыгодный приколись! льстивых речей! Будь покорна отцу. Вернись! Вернись!

Но Луч всего только со шутя заглянул на личико старухи, равным образом та не без; громким проклятием со всех ног понеслась на горы.

Между тем белые ледники да сугробы исчезли. Теплом равным образом ароматом разило для царевну. Перед ней показался великолепный сад.

Там прогуливались феи, воздушные равно нежные, как бы сон. Их длинные волосня отливали золотом, алые пасть улыбались; их дыхалка платья, сотканные с лепестков роз да лилий, были самых нежных оттенков. Легкие равно воздушные, они носились, танцуя во воздухе незначительно шурша своими легкими крыльями, казавшимися серебряными во блеске майского дня.

В одинокий миг, увидя царевну, появившуюся средь них, они залепетали звонкими, по образу свирель, тоненькими голосками:

1-я фея: Какая хорошенькая девочка!

2-я фея: Совсем безграмотный хорошенькая! Закуталась на такую жару да выглядит кусочком снега!

3-я фея: У нее глаза, по образу синее озеро!

4-я фея: Наши разноцветные глазки выглядят куда как лучше!

5-я фея: Она никуда невыгодный годится. Она ничто во сравнении от нами по мнению красоте!

6-я фея: Она тяжела равно неуклюжа равно невыгодный может делать обороты во воздухе, равно как мы.

7-я фея: Просто ледяная сосулька, которой вышел места на нашем чудесном царстве.

8-я фея: Уродливая сосулька, равным образом более ничего.

И впоследствии весь феи неразлучно закричали:

- Сосулька! Сосулька! Сосулька!

Бедной царевне Льдинке желательно удариться в слезы через горя да обиды. Но ее синие штифты безграмотный знали слез. Ее дух всего-навсего захолодело до этих пор больше. Оно предварительно краев наполнилось ныне гордым презрением для маленьким феям за их недоброе касательство ко ней. И возлюбленная презрительно равным образом гулко произнесла:

- Ага, вам смеетесь в настоящее время должно мною, ваш покорнейший слуга кажусь вас гадкой равно смешной, однако если ваш покорный слуга буду вашей повелительницей, женою короля Солнца, ваша милость будете гнусно приветствовать ми равным образом совершенно изумительный ми найдете прекрасным.

И вроде примерно еще предвкушая свою победу по-над насмешницами-феями, королевна Льдинка важно прошлась преддверие ними, обдавая их холодом от головы накануне ног.

- Ах, противная сосулька, что-нибудь возлюбленная говорит? - вскричали нежные феи равным образом грозно подступили ко царевне Льдинке, размахивая пред самым ее на лицо своими крылышками.

Вдруг расплывчатый шум пронесся до светлому царству. Тысячи разноцветных мотыльков заметались на отличаются как небо и земля стороны. Стая жаворонков поднялась на голубом воздухе равным образом запела хором.

Ах, аюшки? сие была за песнь!

Такой песни королевна Льдинка во жизни отнюдь не слышала во своих нагорных ледниках. Сестра Вьюга пела хуже, изумительный сто однажды невыгодно отличается от звонких жаворонков.

Мальчики Лучи появились во огромном количестве равным образом стали двумя рядами получи пышной цветочной поляне.

- Король Солнце идет! Король Солнце идет! - зашептали веселые феи равно стали наводить красоту во ожидании своего молодого повелителя.

И предисловий весь миром феерично засияло на светлом царстве. Царевна Льдинка хоть зажмурилась невольно. Столько блеска равно света было кругом, ась? глазам становилось больно.

Неожиданно появился для монета колеснице златовласый мальчик таковский красоты, какой-либо единаче безграмотный видывала Льдинка. И целый дьявол сиял; сияли инда его волосы, штифты равно одежда. На пышных кудрях лежала золотая корона, через которой равно происходило сияние, жуть до чего резавшее глаза. Целая конвой мальчиков Лучей толпилась вокруг.

Все феи подле виде короля упали получай колени. Одна дочь царя Льдинка презрительно выступила вперед. Окинув надменным взором толпу фей, симпатия неприлично посмотрела держи красавца короля равным образом сказала:

- Глупые, маленькие, ничтожные дочери воздуха посмели хохотать надлежит мной, могучей царевной, их будущей повелительницей. Накажи их, монарх Солнце, накажи тотчас!

Король слегка поднял лупилки сверху царевну.

- Вот без дальних разговоров увидите! Вот безотлагательно увидите! - произнесла торжествующая Льдинка, обращаясь ко феям. - Я бесприданница короля Солнца, равно ваша милость должны раскланяться мне, вроде вашей повелительнице-королеве.

Она хотела уже присовокупить кое-что равным образом против всякого чаяния остановилась.

Целый снопочек лучей вырвался с золотых очей короля Солнца, Раскаленными иглами впились они во ряшка Льдинки.

Из перси ее вырвался звонкий крик, уходим подкосились, зенки закрылись, равно симпатия упала навзничь, бледная что смерть.

И подо жгучим взглядом короля Солнца Льдинка ахнуть никак не успеешь таяла, таяла...

На горах, на ледниках анахронический агамемнон Холод рыдал во отчаянии узнав для конец дочери. Стужа равно Вьюга вторили ему, оплакивая красавицу сестричку.

А Льдинка растаяла, умерла совсем, умерла, сожженная Солнцем, его золотыми глазами.

От нее безвыгодный осталось еще следа, нет-нет да и магнат Солнце приказал насмешницам-феям:

- Сплетайте хороводы да пойте песни. Я отправляюсь защищать со царем Холодом да вмале даст бог не слышать под собой ног от радости победу по-над моим врагом.

И феи со веселыми песнями полетели на неравные стороны от радостной вестью, а гоминидэ счастливыми улыбками встретили благую весточка по отношению приближении Солнца, их любимого, светлого короля...

Волшебный оби

У знатного богатого самурая (так назывались древние японские рыцари, бояре) была дочь. Звали ее Хана. У мусме (мусме - по-японски девушка. В японском языке сие речение употребляется равным образом во обращениях, как бы французское мадемуазель либо — либо немецкое фрейлейн) Ханы были красивые черные глаза, блестящие копна равно искусный ломкий голосок.

У мусме Ханы была добрая душа, равно насчет нее сложилась на Японии дивная сказка.

Я слышала эту сказку через старого седого орла, тот или другой прилетал бери скалу близ священной много Фудзияма, расположенной вблизи с большого японского города.

Старый убеленный сединами царь птиц многократно прилетал получи и распишись голую скалу у берега моря да рассказывал сказки.

И вишь во новый разок спирт рассказал в отношении девушке Хане, дочери самурая.

Я запомнила сказку старого седого орла равно ото болтология перед стихи передам ее вам.

Мусме Хане было пятнадцать лет. Только пятнадцать. Когда ей исполнится шестнадцать, папаша ее, сановный самурай, придет во ее зару, на большую теплую зару, - эдак называется по-японски комната, - и, по мнению принятому во Японии обычаю, принесет ей оби. Знаете ли, почто вероятно "оби"?

Это пояс. Широкий, послушливый пояс, изотканный изо пестрой другими словами розовой ткани, любовный равным образом красивый, что восточное утро иначе говоря как бы место розовой зари надо сонной страной. По обоим концам пояса спускаются золотые кисти.

Японские девушки придают огромное сила оби. Чем знатнее объединение своему происхождению мусме, тем пышнее да наряднее ее оби. Красивый, пышный, из вышитыми в нем цветами, птицами да веерами, спирт неграмотный может к разряду простолюдинке: те носят самые скромные пояса. Зато дочери богатых самураев, вельмож равно сановников одна преддверие второй похваляются своими дорогими шелковыми оби.

И нежели знатнее, нежели превыше японская девушка, тем роскошнее равным образом зажиточнее ее оби. Он говорит насчёт знатности, об почетной должности ее предков да насчёт близости их для трону самого император - японского императора.

Мусме Хана давненько мечтала касательно таком оби. Он долженствует был являться нежно-розовый, вроде отсверк солнца во период восхода получи бирюзовый поверхности моря, спирт надо был состоять лёгкий равно легкий, равно как всхлип лотоса, равным образом мягкий, мягкий, во вкусе листочек царственной хризантемы - самого любимого на Японии растения.

Мусме Хана надеялась, что такое? у нее короче в частности экий пояс. Ее родоначальник был весть высокородный да крепкий человек, равным образом донька его может быть беременным всего лишь изысканный да дорогущий оби. Каждый раз в год по обещанию быть разговоре об оби Хана напоминала отцу насчёт том, зачем симпатия желает совмещать оби ужели только лишь немногим хуже, чем оби самой императрицы.

Прошел год.

Море вздулось равным образом потемнело, позже успокоилось равно ко весне по новой таким образом тихим, кротким да красивым.

Лотосы зацвели на долинах, белые да прозрачно-нежные, наравне щечки красавиц.

Мусме Хане исполнилось 06 лет.

С первым солнечным лучом на ее зару вошел священник равным образом подал ей что-то, тщательно завернутое на розовую бумагу.

- Оби! Оби! - вскричала Хана равным образом бегом стала развертывая подброшенный подарок.

О, симпатия безграмотный сомневалась, аюшки? оби, натасканный ей отцом, короче роскошнее, красивее равным образом зажиточнее всех тех, которые ей доводилось смотреть получи и распишись ее подругах.

И что-то же?

Вместо ожидаемого нарядного подарка возлюбленная увидела абсолютно азбучный глухой пояс, которым обвязывают простолюдинки домашние скромные платья. Мало того, таковой жилет был сделан с старого шелка, расползся через старости на нескольких местах да походил живей бери грязную тряпицу, которой опоясывают самые бедные японки приманка будничные киримоно (платье японских женщин во виде халата. В современном русском языке - кимоно).

- Что но это? Ты смеешься необходимо мной, отец? - вскричала она, заливаясь слезами.

Но именитый японец только лишь усмехнулся себя на усы, взял оби на руки, обмотал им роскошное шелковое киримоно дочки равным образом сказал:

- Не смотри, зачем сувенир моего прост да скромен, дочка. У сего оби принимать чудодейственная сила. Пока твоя милость носишь его равно неграмотный стыдишься его убогого вида, перед тех пор некто довольно твоим верным слугою. Стоит тебе лишь окрутить закрытие сего скромного оби после крупный палец, равно как все, что-то тебе захочется, исполнится вмиг. Этот подпояска достался твоей матери через волшебницы Суато, которая была ее воспитательницей равно покровительницей. Но помни: во первую но минуту, во вкусе токмо твоя милость застыдишься своего скромного оби равным образом пожелаешь кто наделен чем него светлый равным образом нарядный, спирт живой рукой потеряет свою чудодейственную силу равно окажется азбучный негодной тряпкой. Поняла меня, дочка?

Хана поняла качественно все, который ей сказал отец. Хана была умная равным образом понятливая девушка. Теперь возлюбленная сделано малограмотный горевала больше. У нее было неисчерпаемое имущество на руках, равным образом симпатия была счастлива вполне.


* * *


Спустя порядочно дней целая масса веселых свеженьких мусме собралась получи лбище моря. Они собирали красивые раковинки равно украшали зелеными водорослями близкие черные головки. На них были цветные пестрые киримоно равным образом самые роскошные оби, какие дозволительно встретиться всего на Японии, в силу того что что-то весь сии розовые девушки были дочерьми самых знатных сановников Дай-Нипона, как бы называется японская страна.

У одной только лишь мусме Ханы был ее скромный, ветхий, убогий подпояска сверх нарядного киримоно.

- Слушай, Хана! - обратилась ко девушке хорошенькая донька важного сановника. - Ты выглядишь во этом старом, грязном, поношенном поясе настоящей нищенкой; сними его равно кончай во воду.

- Зачем твоя милость надела эту дрянную тряпку? - вскричала писаная красавица Белая Хризантема, дщерша одного знатного полководца.

- Мусме Хана обеднела! Надела какую-то тряпку чем оби! Мусме Хана забыла, что-нибудь ей, дочери сановника, воспрещено таскать ёбаный пояс. Мусме Хана большая дурочка, коли никак не знает этого, - на взводе проговорила Розовый Лотос, дальняя сокровница самого микадо.

О, сие было сделано слишком! Как всякая японка. Хана гордилась своим происхождением. Подобных насмешек возлюбленная выбросить неграмотный могла. Она окинула своих подруг презрительным взглядом да приказала им громким, властным голосом:

- Сложите всё-таки собранные вами раковины для берегу равным образом смотрите, что-то хорэ из ними.

Розовые мусме осмотрительно покачали своими хорошенькими головками, же безропотно уложили весь найденные ими раковины сахарный песок равно отошли на сторонку, шепотом шушукаясь в ряду собою.

Хана неощутимо обернула хвостик своего оби кругом пальчика левой цыпки и... о, чудо!

Маленькие разноцветные раковинки глазом моргнуть не успеешь превратились на золотые, живо горевшие во лучах солнца червонцы.

- Возьмите сии деньги равным образом поделите их среди собою! - произнесла кичливо Хана равным образом отошла ото подруг вместе с видом владетельной королевы.

Розовые мусме стали избирать червонцы, кидая завистливые точка зрения возьми уходившую Хану. Они решили, ась? пизда ними далеко не простая японская мусме, а могучая волшебница.


* * *


Было утро, золотое утро Востока. Солнце солнечно купалось, равно как легковесный ребенок, на хрустальных водах синего океана.

Мусме Хана шла сообразно тропинке в среде двумя засеянными рисом полосами поля. За нею шла огромная орава ее подруг. С тех пор вроде они узнали мощь Ханы, они уж ни бери ступень безграмотный отставали ото нее. Хана была богата. Хана была знатна, Хана обладала чудодейственной силой. Люди шик да великосветскость ставят раньше всего, да примитивно поэтому, в чем дело? за мусме Ханой шли в эту пору целые толпы ее сверстниц.

Они шли широкими полями, сожженными солнцем. Это были голые поля, получи которых поуже ничто безвыгодный произрастало. Неурожай свирепствовал во стране, да желтые, сожженные солнцем полина малограмотный производили ни одного колоса.

Розовым смеющимся мусме так да профессия попадались встречь голодные, оборванные, озлобленные с нищеты люди; они кричали грубыми голосами:

- Вы, ребята знатных богачей! Подайте нам возьми хлеб! Мы умираем вместе с голода.

У Ханы было доброе душа да чуткая душа. Чуткая человек была у мусме Ханы.

Она раздала совершенно червонцы, которые имела, голодным, озлобленным людям, равно когда-когда у нее безграмотный осталось ни одной иены (иена - японская монета), возлюбленная тихонько обернула носок своего черного оби вкруг пальца, равным образом за короткое время желтые полина покрылись спелым рисом, тот или иной у японцев составляет главную пищу. Его было в такой мере много, что-то им дозволено было напичкать вдосталь самую огромную страну.

Голодные человеки бросились было комплектовать посевы, а силы им изменили, тощие тела, изможденные голодом, невыгодный могли двигаться, слабые грабки отнюдь не могли работать.

Тогда они от угрожающими криками равно вместе с поднятыми кулаками кинулись ко Хане.

- Ты колдунья! - кричали они. - Ты злая волшебница! Ты дала нам пищу, с целью раззадорить нас, а сосредоточить ты да я ее отнюдь не можем, у нас перевелся сил получай это! Мы тебя убьем!

У них были такие злые, свирепые лица, а тараньки их сверкали такою ненавистью равно злобой, который розовые мусме разбежались на страхе, равным образом Хана осталась одна.

Ничуть безвыгодный смущаясь, возлюбленная паки обернула альвеола оби вкруг своего розового пальчика, да что такое? же?

Целая орава невольников появилась средь рисового поля. Они одним духом срезали жатву и, собрав на снопы, понесли от поля. Теперь сейчас несчастные голодающие невыгодный бранили Хану, далеко не угрожали ей.

- Светлая Аврора Кван-Нан! - кричали они. - Смилуйся надо нею! Помогите ей, добрые духи, изумительный всех ее делах!

И они впопыхах кинулись затем за невольниками, уносившими рис.

Хана осталась одна.



И снег получи голову вплоть до слуха Ханы долетел интонация песни, сладкий, на правах сон. Молоденькая мусме замерла получи месте. Восторг наполнил ее душу; все симпатия превратилась на слух.

Звуки неслись изо соседней рощи, лежавшей возле с того места, идеже симпатия находилась.

Хана век стояла минуя движения, пораженная, очарованная дивной песнью. От песни несло так тихим, ласковым плеском волны, в таком случае вполголоса лотосовых полей, в таком случае звуками сладкой "ше", любимого музыкального инструмента японцев.

Молоденькая мусме кинулась во рощу да остановилась изумленная прежде огромным столетним деревом, у корней которого сидел живописный мальчик во бедной одежде бродячего певца. Он-то равно пел таково сладко, сколько не грех было механически заслушаться его песни.

- Здравствуй, юноша! - произнесла Хана, глядючи в до этого времени зенки получи певца.

- Здравствуй, раскрасавица мусме! - отвечал оный приветливо.

- Что твоя милость поешь в этом месте один? - сызнова спросила Хана.

- Я слагаю ту песню, которую автор этих строк буду вторить в дворце король во день-деньской большого праздника, - отвечал он. - Ты знаешь, пригоженькая мусме, который свой огромный император равно господин хочет женить своего сына, наследника престола. В следующее сизигия во дворце тэнно соберутся весь знатнейшие красавицы Дай-Нипона, да в обществе ними инфант выберет себя супругу. Этой счастливице автор в долгу буду промурлыкать хвалебную песнь.

- О, мерси тебя, певец! - вскричала Хана. - Благодарю заранее! Ведь император выберет сыну на жены меня равно лишь меня.

Голубые зеницы певца блеснули насмешкой. Он с настроением рассмеялся равно вскричал:

- Слов нет, зачем твоя милость адски хорошенькая мусме; так кайфовый палаты император проникнут токмо те девушки, у которых будут самые роскошные оби, так вкушать самые знатные мусме.

- И автор этих строк буду посреди них, твоя милость увидишь это! - вскричала Хана.

Но хади всего лишь осторожно покачал головою. Мусме Хана полюбилась ему разом за ее красоту, однако возлюбленный далеко не отнюдь не подозревал, ась? предварительно ним находится деушка бог знатного рода да вместе не без; тем обладающая ёбаный чудодейственной силой.

Он безвыездно качал головою равно немножечко посмеивался румяными устами.

А Хана говорила:

- Я сорву не долго думая золотые шары желтой хризантемы равным образом отдам тебе. Желтая хризантема превратится во алую, на правах кровь, всего лишь исключительно войду изумительный палаццо микадо. По этой хризантеме твоя милость меня узнаешь. А днесь скажи, по образу зовут тебя, певец?

- Меня зовут Иеро! - произнес он, любуясь ею.

- До свидания, Иеро! - произнесла Хана. - До свидания вот дворце микадо.

- Прощай, пригожая мусме!

Она ушла, а Иеро по сию пору смотрел туда, идеже возлюбленная скрылась. Она показалась ему лучом солнца, равно песнопения неграмотный шла ему в большинстве случаев получи ум.


* * *


В во-первых фаза кайфовый дворце король собралась большая люд знатнейших красавиц.

Хана, портик у дворца, видела, в качестве кого быстроногие дженерикши (японские носильщики-извозчики, которые развозят зажиточных людей нате особых носилках, заменяющих во Японии коляски) примчали нарядные бархатные коляски, изо которых выскакивали веселые, вроде птички, нарядные красавицы.

Стража проводила их умереть и безграмотный встать дворец. Там встречали их знатные сановники да отводили на престольный зал, идеже приветствовали красавиц самовластно король да его сын.

Хана как и хотела влезть в дворец, а суровая марешоссе никак не пустила тама девушку.

У мусме Ханы был бедный, простенький оби, а беспритязательный оби был способным фигурировать лишь у простолюдинок.

Тогда Хана рассудительно навернула сверху мизинчик личный простенький оби, равно смотри под удивленными сторожами очутилось возле дюжины Златокудрых пажей, вблизи цифра трубачей равно алебардщиков равным образом целая свитка слуг.

Все они толпились около Ханы, получи и распишись которой раз-раз очутилось роскошное, совершенно затканное драгоценными каменьями одежда невиданной красоты. Драгоценная шапка мономаха венчала ее голову. И лишь единственный безрадостный простенький оби старым порядком оставался лишенный чего изменения, портя огулом ее денежный наряд.

Но сам черт уж безвыгодный обращал внимания держи непритязательный оби, рано или поздно важная знатная красавица, окруженная блестящей свитой, потребовала впуска вот дворец.

Стража от низкими поклонами пропустила Хану, равно сквозь побудьте здесь возлюбленная предстала хуй на лицо император равно его сына.

Певец Иеро был сделано здесь, только Хана да безграмотный взглянула пусть даже для бедного певца. Шепот восторга, вызванный ее появлением, совершенно оглушил ее. Да равным образом Иеро едва ли ли признал бы на этой великолепной принцессе хорошенькую мусме, которую симпатия встретил недавно, равным образом коли бы желтая хризантема, приколотая у его груди, отнюдь не превратилась одновременно на алую, спирт никогда в жизни бы далеко не узнал Ханы.

- Откуда буква дивная красавица? - произнес дитя микадо. - Это, наверное, аспидски знатная принцесса. Я хочу выкроить ее на жены.

Микадо хвалебно кивнул сыну.

Принц взял за руку Хану, посадил ее поблизости со собой посреди общего гула одобрения равно восторга. Микадо дал признак певцу, воеже гот спел свою хвалебную песнь во почтение избранницы принца, равно скудный Иеро, задыхаясь ото горя, поелику который дьявол успел влопаться Хану равным образом желал обладать ее своей женой, начал свою хвалебную песнь. Он восторгался красотою Ханы, хвалил ее диво дивное мервельез равным образом роскошную свиту; сравнивал ее глазищи вместе с ночными звездами, ее нежную кожу - не без; лепестком лотоса, ее губы - не без; кровавой хризантемой, ее маленькие ножки - со розовыми раковинами, а блестящие, черные по образу курево кудряшки - вместе с непроницаемой мглою восточных ночей.

И только лишь воздержный внушающий подозрение оби никак не хвалил Иеро. Хотелось Иеро испытывать свою будущую повелительницу, опоясанною пестрым роскошным оби, в духе равным образом подобало ее высокому сану. И симпатия далеко не жалел звуков, воспевая сей воображаемый, превосходно изящный оби, кто за справедливости вынужден был запоясывать ловкий талия красавицы.

Звуки лились, равно как волны, да журчали, вроде струи, да вздыхали, как бы ветер, равно таяли на самой глубине сердца мусме. Сердце мусме лещадь влиянием сих звуков наполнилось одним жгучим желанием произвести этакий оби. Она коснулась малозаметно пальчиком своего пояса. И вдруг... о, ужас!

Исчезла нарядная свита, исчезли трубачи равно литаврщики, исчезли златокудрые пажи равным образом нарядное наряд да уборы. Скромно одетая мусме Хана очутилась взамен прежней нарядной принцессы пред собой император равным образом принца.

Но взамен черного старого оби ее бивак опоясывал изысканный поясок самых ярких цветов.

Микадо да принц, видя сие странное превращение, невероятно волновались.

- Где твоя свита, принцесса? Где твое роскошное платье? Где твоя корона? - вскричали они во безраздельно голос.

Мусме Хана ахнуть невыгодный успеешь схватила закрытие оби, ради одним движением обернуть себя былое величие, но, увы! Роскошный оби отнюдь не имел чудодейственной силы, которой обладал ее былой чинный поясок.

Тут лишь вспомнила Хана сотрясение воздуха своего отца, вместе с которыми симпатия дарил ей чудесный пояс. Вспомнила равным образом неутешительно заплакала.

- Обманщица! Лгунья! Ты вздумала морочить нас! Жалкая простолюдинка, разыгрывающая с себя принцессу! - вскричал разозленный принц. - Ступай прочь, гадкая лгунья!

Хана заплакала до сейте поры горше. Она поняла, что-то малограмотный ее своеручно полюбил принц, а слезы да пышность, которые ее окружали. Поспешными шагами двинулась возлюбленная ко выходу, закрыв моська руками почти ручьем насмешек злорадствующих гостей. Вдруг симпатия почувствовала, зачем некто крепко-крепко держит ее за руку.

Подняла голову - прежде нею Иеро.

- Постой! Пойдем купно отсюда, хорошенькая мусме! - произнес он, ласково заглядывая во ее черные очи. - Пойдем вместе. Я отведу тебя во мою зару, да твоя милость будешь моей женой, благодаря этому что-нибудь автор этих строк вижу добрую душу на твоих глазах, нежное душа на твоей улыбке! Мне безвыгодный приходится драгоценных уборов. Мне твоя милость нравишься такой, вроде твоя милость есть. Хочешь фигурировать моей женой, красавица?

Хана безгласно благодарно взглянула сверху Иеро равным образом подала ему руку. Она безвыгодный хотела раскидываться мыслями надо тем, по образу дочка знатного самурая короче женою бродячего певца. Доброта души Иеро покорила ее...

* * *

Эту сказку моя особа слышала ото старого седого орла, какой сидел держи гребне скалы близ Фудзиямы. Когда возлюбленный окончил ее, ведь прибавил тихо:

- Как странны люди! Как глупы люди! Старый тускло-серый беркут поумнее их. Но белоголовый тускло-серый гарпия желает им счастья.

Старый пожилой грифон желает им вечного счастья!

Король со раскрашенной картинки

Он был жуть хорош. Так хорош, который настоящие, живые короли, бесспорно, позавидовали бы его блестящему виду. У него была роскошная белая, что сахар, седая борода, такие а седые кудряшки равно взрослые черные глаза. На голове его красовалась золотая корона. Одет симпатия был так, как бы не насчет частностей одеваются короли. Художник безграмотный пожалел красок, ради вырисовать его пурпурную мантию равным образом безмерный жабо изо дорогого собольего меха. Да, симпатия был непостижимо хорош.

И так-таки сие был никак не бойкий король, а всего-навсего властелин не без; раскрашенной картинки. Правда, ужас нарядный, адски пышный, адски великолепный король.

Раскрашенная загляденье лежала во окне магазина, да прохожие единый дата толпились у витрины, любуясь раскрашенным бумажным королем, сидевшим держи троне равным образом имеет принципиальное значение курившим трубку.

Это составляло большое игрушка в целях самого короля. Он любил взирать в людей равно стараясь отнюдь не пустить ни слова приглядывался ко всему тому, что-то происходило за окном. И ему было ахти досадно, рано или поздно в нокаут ставнями закрывали окно, равно некто малограмотный был способным видеть, аюшки? делается получай улице.

Но однажды раз, на одинокий адски прохладный зимний день, витрину отчего-то сверху Морана неграмотный закрыли ставнями, равно хотя бы стеколышко на окне замерзло равно заиндевело, все же на нем осталось отверстие, сквозь которое хлопчатобумажный властелин был способным видеть, сколько делалось кругом.

И гляди монарх увидал, что ко обтянутому ярким сукном подъезду большого на флэту одинокий за другим подъезжали экипажи да на правах с них выходили важные господа равно нарядные дамы равно поднимались до лестнице наверх, на какую-то как король обставленную квартиру. Господа равно дамы уходили во славно натопленные залы, а кучера остались держи улице выжидать сверху морозе.

В числе других подъехала карета, с которой выскочила молоденькая краля и, крикнув старику кучеру: "Подождешь меня!", бойко скрылась во подъезде. Съежившись с холода, песочник прислуга отъехал во сторону.

Вскоре писчебумажный государь заметил ее во окнах дома; возлюбленная носилась на веселом танце, окруженная целой стадом кавалеров, раскрасневшаяся ото оживления да жары.

А бери улице на сие момент морозик становился до сей времени крепче да сильнее, равным образом старичина кучер, поджидавший свою барышню, медлительно замерзал нате козлах. Его образина посинело, рычаги опустились, вожжи выпали изо них. Бумажный монарх видел, в качестве кого систематически умирал несчастный, да он, король, навеселе был разрюмиться с ужаса, разве бы исключительно бумажные короли могли плакать навзрыд равно плакать.

Красавица протанцевала долго. Когда, наконец, месяцы стали расходиться, равно симпатия узнала, что-нибудь ее ванька замерз, так возлюбленная даже если безвыгодный заплакала, а сделала гримасу равно сказала только:

- Ах, какая досада! Как но моя особа пока что на флэт поеду?

Бумажный монарх был возмущен давно глубины своей бумажной души. "О! - думал он. - Если моя особа в свое время стану настоящим королем, ваш покорнейший слуга безграмотный допущу ничто подобного..." И из этой думой монарх заснул.

Но дремать пришлось ему для нынешний раз в год по обещанию недолго, никак не потому, в чем дело? было жуть вяло во витрине, а потому, что-то его разбудили громкие голоса, раздававшиеся близко, совершенно по соседству через него. Король протер домашние заспанные бельма равным образом увидал целую толпу людей, одетых на потертое платье, со закоптелыми через дыма, изможденными лицами. Это были фабричные рабочие, спешившие нате работу. Они остановились у окна магазина равным образом разглядывали бумажного короля, а те, которые были поближе, старались угадать длинную подпись, находившуюся почти картинкой равно объяснявшую, в качестве кого звали короля. Но по образу они ни старались, им малограмотный посчастливилось демонтировать ни одного слова, вопреки держи красочный вселенная фонаря: они были неграмотны равно никак не умели читать.

- Эх, отнюдь не учили нас на детстве, чисто равным образом худо надобно подо старость! - произнес сам с рабочих таким печальным голосом, ась? душа бумажного короля сжалось ото сострадания.

"Во в чем дело? бы ведь ни из чего явствует аз многогрешный за всему моему государству устрою школы равно дам случай по всем статьям равным образом в одни руки учиться, сколечко который захочет", - произнес в глубине души король.

И внезапно дьявол вздрогнул, вспомнив, зачем дьявол далеко не может сего сделать. На бумажных ресницах бумажного короля задрожали слезинки. Ему следовательно больно, ужас жуть до чего ото мысли, в чем дело? симпатия всего лишь монарх из раскрашенной картинки, а отнюдь не истый король.

Между тем тупик оживилась. Всюду стали выясняться люди. Многие останавливались у магазина, восторгались бумажным богато равным образом шли дальше.

Вот ко окну подошел какой-то капитальный пан во неоцененный шубе не без; двумя во всем параде одетыми мальчиками. Последние, увидав бумажного короля, вскричали на одинокий голос:

- Папа, купи нам сего короля!

- Что? Вы хотите эту лубочную картинку? - пренебрежительно спросил барин во шубе. - Нет, дети, аз многогрешный кризис миновал куплю вас какую-нибудь хорошую игрушку.

- Да, да, твоя милость прав, папа! Купи нам игрушку, - оптимистично ответили дети, да всё-таки трое направились для дверям соседнего магазина. Маленькая, худенькая, оборванная девчушка остановилась пред ними. Она была архи жалка во своих лохмотьях, из исхудалым ото голода да нужды личиком, со впалыми, беспорядочно горящими глазами.

- Подайте, Христа ради, добрые господа! - тянула симпатия печальным, жалобным голоском.

- Пошла прочь, побирушка! - прикрикнул бери нее владелец на шубе. - Много вам шелковица бегает кроме условия равно клянчит подаяние. Слышишь, пошла прочь!

Девочка отскочила. Слезы брызнули с ее глаз. Она пролепетала хоть сколько-нибудь что до болезненный матери, беспристрастный число остававшейся не принимая во внимание обеда, относительно том, сколько самоё симпатия голодна, и, безнадежно рыдая, опустилась держи мостовую.

А хозяин на шубе равным образом его мелюзга во сие времена вошли на зоомагазин игрушек, смеючись да бравурно болтая в ряду собою.

Бумажный царь взглянул получи и распишись полумертвую девочку, равно его бумажное грудь выполнено было расползтися возьми тысячи кусков, расползтися через боли равно бессилия. Да, с бессилия особенно. Он в полном смысле слова сознавал, что-нибудь малограмотный может вничью помочь бедной девочке, вследствие чего аюшки? дьявол - канцелярский король.

Бумажный, да только. И никак не одной этой девочке, однако не выделяя частностей никому возлюбленный малограмотный во состоянии помочь, малограмотный во состоянии изжить людское грусть равно несправедливость.

"Ах, разве бы пишущий эти строки был живым, настоящим королем! Сколько добра бы мы был в состоянии сделать!" - подумал хэбэшный король.

И спирт схватился руками за голову равным образом стал выклянчивать у судьбы не ведь — не то решительно забрать его равным образом трона, да короны, равным образом царской мантии, да ажно жизни, другими словами но предпринять его живым королем. Да, живым, а далеко не бумажным королем.

Луч месяца ударил во оконце да умильно коснулся его лица. На глазах короля заблестели слезы.

Серебряная волшебница лунного света, добрая ведьма Лара, проскользнув держи своей педераст колеснице, увидела сии рыдания равно произнесла тихо:

- Я вижу на главный раз, вроде плачет король. Пусть сие рыдания бумажного короля, однако раз в год по обещанию сие рев любви ко ближним, они заслуживают внимания. Ты - отзывчивый микадо и, наверное, будешь влюбиться в кого своих подданных. Я сделаю тебя настоящим, живым королем.

И волшебница Лара коснулась своей волшебной небесный палочкой плачущих зыркалки старого короля. И, касательно чудо! Голубые лучи полночного месяца исчезли, исчезла равным образом наказание ночь, да мигающие фонари возьми улицах. Исчезло да само остановка игрушечного магазина. Король во одиночный самолет соскользнул вместе с бумажной картинки равно почувствовал себя настоящим королем. Он очутился на огромной дворцовой зале, для золотом троне, около пурпуровым балдахином, равно кругом него толпилась послушная орава сановников да слуг. Длинная горностаевая епанча волной спускалась из его плеч, а ото серебряной бороды равно седых локонов разило дорогими духами.

Правда, император казался ахти маленьким, тщедушным, невзрачным промеж высоких, рослых, толстых придворных, окружавших трон, однако целое сии придворные что-то около низменно равно предупредительно наклонили близкие головы, в некоторых случаях он, король, поднялся в трон, что-то машина короля затрепетало с радости. Он понял разом, аюшки? жребий услышала его жажда равным образом сделала его могучим властителем страны.

Не медля ни одной минуты, государь разослал послов по части всему городу подыскивать несчастных, голодных, нуждающихся равным образом угнетенных равным образом приказал распределять им деньги, новые платья да до сей времени необходимое.

Затем государь разослал гонцов объединение во всех отношениях улицам да площадям дать знать громогласно народу касательно том, почто некто выстроит школы, идеже хорошенького понемножку раса выезжаться бесплатно, с намерением проживание людей стала светлее равно лучше. А своих сановников государь отправил ко во всех отношениях богачам города, требуя через них хорошего равным образом ласкового обращения со слугами равно грозя во случае непослушания, своим королевским гневом.

Не забыл князь равным образом что касается несчастной девочке, умирающей через голода у витрины магазина, равным образом велел подсуетиться касательно ней. Народ не без; радостью выслушал благие править да со громкими криками восторга кинулся нет слов палаццо давать добро своего короля.

Все были счастливы, довольны равно уходили, прославляя доброго короля.

Но счастливее всех был самолично король. Он был убежден, ась? ес все, зачем нужно ради блага народа, равным образом со спокойным сердцем укладывался заснуть во сей пир во свою роскошную королевскую постель.

Лежал самодержец на постели равно думал: "Как недурственно сознавать, что-то твоя милость можешь действовать услуга несчастным: сие лучшая евфросина королей".

Вдруг в некоторой степени нежное, наравне ветер ветерка, коснулось серебряных седин короля.

Он амором поднял голову. Перед ним стояла лунная пери Лара.

Ее голубая фигурка, весь во всем сияющая на лучах месяца, наклонилась по-над изголовьем короля.

Король обрадовался, в духе ребенок, возле виде своей благодетельницы.

- Благодарю тебя, могучая Лара, - произнес дьявол из чувством, - почто твоя милость сделала меня настоящим паном равно дала ми допустимость произвести целехонький линия добрых дел. Я надеюсь, почто вперед на моем царстве далеко не склифосовский ранее ни голодных, ни обиженных, ни печальных.

Голубая волшебница шаг за шаг покачала своей красивой головкой равно бесшумно рассмеялась.

- Ты ошибаешься, король, - произнесла симпатия из нежным, крохотку слышным смехом, тот или иной походил получи звуки арфы, - да не сделаете дозволено на безраздельно сутки реформировать все? Король, предварительно этих пор твоя милость даже если никак не знаешь, какое количество горя на твоем царстве. До этих пор твоя милость видел всего-навсего то, сколько твоя милость был в состоянии рассматривать с витрины магазина, да едва тех людей, сверху которых твоя милость был способным впялиться с окна королевского дворца. Но коли бы ты, король, объездил всю свою страну либо добро бы бы дробь ее, твоя милость бы убедился, что-то твой язык гибнет через голода, через неурожая, болезней, вражды кореш со другом. И то, аюшки? твоя милость сделал, показалось бы тебе ничтожной крупицей того, что-нибудь нужно выработать с целью счастья твоего народа.

- Лара! - вскричал король. - Клянусь, будущее а аз многогрешный пускаюсь на стародавний путь. Завтра но пишущий эти строки начинаю посещать свое королевство. Там, идеже ваш покорный слуга увижу голодовка да нужду, в дальнейшем нужно подойти материальное благополучие равным образом радость. Клянусь тебе, чудотворница Лара, моя особа утру деньги мой народа!

- Это тяжелее сделать, нежели твоя милость думаешь, - послышался тихий, благозвучный глас лунной феи.

- И тем неграмотный поменьше пишущий эти строки сделаю это! - цепко возразил король.

Лара кивнула ему серебристой головкой равно исчезла, растворилась на лунном свете. Король остался один. Он продолжительно ворочался бери своей широкой постели подина бархатным балдахином равным образом вплоть до утра промечтал относительно пирушка светлой минуте, когда-когда отнюдь не короче ни одного голодного во его стране.

С первым солнечным лучом трубачи да литаврщики получи и распишись белых конях поскакали с дворца. За ними во дивный карете, обступленный блестящею свитою, ехал король. Он пускался во далекий линия миновать свою обширную страну равным образом просматривать со жизнью народа. Гонцы скакали за тридевять земель впереди королевского поезда да предупреждали и оный и другой город, каждую деревеньку, каждое деревня в рассуждении том, зачем едет король. И куда-нибудь бы ни приезжал он, повсюду его встречали нарядные, веселые, сытые сыны Земли со сияющими радостью лицами, на дорогих платьях да сверху золотых блюдах подносили драгоценные дары своему королю.

- Но идеже но голодные мои подданные? Где но нищие равным образом бедные? - не без; недоумением спрашивал государь окружающих.

- Ваше величество, - угодливо отвечала свита, - по-под властью такого мудрого, такого прекрасного короля, в качестве кого вы, отнюдь не может существовать ни бедных, ни голодных. В вашей стране вследствие вашей мудрости да великодушию везде роскошь, гедония да радость!



- Король улыбнулся счастливой улыбкой да довольствующийся возвратился на столицу.

- О, на правах малограмотный полномочия была Лара, когда-никогда говорила, аюшки? у меня на стране снедать нищие равно несчастные, - произнес возлюбленный уверенно. - Я объездил полстраны равным образом нигде отнюдь не видал ни бедных, ни нищих, ни обиженных. О, наравне бы автор этих строк хотел вкусить фею, дай тебе доказать, что-нибудь симпатия ошибается!

Желание короля исполнилось. В первую а Никта по прошествии возвращения короля во столицу насилу всего лишь держи небе показалась луна, посредством пространство спальни проникла Лара.

- Здравствуй, король! - произнесла симпатия да коснулась легким поцелуем серебряной головы старого короля.

- Здравствуй, Лара! Ты являешься во вкусе раз в год по обещанию вовремя, - произнес царь равным образом стал души да основательно выболтать об тех сытых, довольных да счастливых людях, которые встречали его получи пути во городах равно деревнях, на селах да местечках.

И неожиданно послышался сребристый смех, тихий, наравне шелест ветра, равно звучный, в качестве кого негодование речки. Это смеялась Лара.

- Ах твоя милость легковерный, неосновательный король! - говорила возлюбленная посередь перекатами смеха. - Как нетрудно тебя обмануть!.. Зачем твоя милость допустил льстивую свиту идти рука об руку тебя? Ведь симпатия своими блестящими одеждами заслоняла с тебя всех тех, которых тебе желательно видеть! И твоя милость изо окон твоей сладкий кареты видел токмо чудо верно парчу, же отнюдь не видел правды, малограмотный видел того, зачем твоя милость обязан был видеть, никак не видел нужды да скорби твоего народа... Король, хочешь, моя персона превращу тебя на большую черную птицу, во вещую птицу, которая во малость дней пролетит ото моря по моря по сию пору твои владения по-под равным образом наоборот равно своими зоркими глазами увидит то, сколько многообразно скрывает хитрая хвост через своего короля?

- Да, да! - вскричал король. - Обрати меня во птицу, милая Лара. Я хочу примечать нужды равно скорби мои народа!

Едва только лишь успел микадо выпалить последнее слово, во вкусе снег бери голову почувствовал, в чем дело? у него за спиною вырастают огромные плоскости равно безвыездно гарполит последовательно покрывается пухом равным образом перьями.

В следующую а постой Лара распахнула окошечко королевской спальни, да огромная черная синяя птица вылетела во него...

Король-птица летел долго, весть целый век равно прилетел на глухую маленькую деревеньку.

Солнце поуже взошло да золотило верхушки деревьев, равным образом хрустальную воду реки, да пестрые дары флоры за околицей.

Деревенька была мала да убога, где-то мала да эдак убога, аюшки? король-птица испугался закоптелых изб ее равным образом покривившихся крылечек да полуразрушенных стен.

"Странно, что такое? меня неграмотный провозили мимо этой деревеньки..." - подумал король-птица и, взмахнув своими широкими крыльями, сел получи крышу крайней избы.

Вдруг симпатия услышал жалобные хлюпанье равно мольбы. Он повернул голову, взглянул наверх на масенький дворик равным образом увидел следующую картину.

Посреди двора стоял худой, жалостный особа на лохмотьях. Он казался черным с худобы. Его тараньки адски сверкали, уста кривились.

Двое людей во одежде королевских слуг стояли пред ним от гневными лицами равным образом говорили сердито:

- Что но ты? Согласишься ли, наконец, претворить в жизнь наше требование? Завтра а бросим тебя во тюрьму, разве твоя милость отнюдь не соберешь всегда деньги, какие всего питаться у вам во деревне, дабы бери них укупить золотое еда равно приятного аппетита королю. Он проворно по новой пустится на дорога разглядывать свое королевство, равным образом необходимо, с тем его встретили от подобающей волей во вашей деревне.

- Но откудова но ваш покорнейший слуга возьму вы столько денег? - прошептал несчастный. - Деревня наша мала равно бедна. Нам почти что нет причины есть. У нас остались токмо худые, голодные коровы, равно наши мелюзга питаются их молоком. Если их продать, детвора умрут со голоду.

- Это малограмотный наше дело! - вскричали королевские прислуга во единовластно голос. - Приказано, чтоб весь станица встретила короля не без; подобающими дарами равным образом чтоб самодержец видел довольные, сытые, радостные лица своих подданных.

- Ну, что-то ж? Берите все, если так! - произнес безотрадно несчастный. - Но знайте, который автор расскажу королю, на правах ваша сестра поступаете.

- Ха! Ха! Ха! - рассмеялись королевские слуги. - Ты думаешь, что-нибудь я боимся твоих угроз? Ничуть! Мы с удовольствием знаем, что-то тебя отнюдь не допустят для королю. А когда аж твоя нытьё да дойдет до самого королевских ушей, то, пока что самодержец разберется, кто именно шелковица прав, а кто такой виноват, сделано да тебя да нас невыгодный короче держи свете. Ведь твоя милость лишь подумай: у короля большое число подданных! Разве возлюбленный во состоянии учиться жалобами каждого с них? А нас-то, королевских слуг, сколько? Разве автор невыгодный сумеем разъяснить королю, почто твоя милость отнюдь не прав? Эх, старик, тебе а поплоше будет, однажды твоя милость вздумаешь жаловаться. Да равно царь вовеки тебе одному невыгодный поверит, если увидит, почто однако кое-кто встречают его радостными равным образом довольными.

Королю-птице показалось, правильно кто именно оторвал у него горбушка с сердца. Теперь некто понял, аюшки? кудесница Лара была права. Теперь возлюбленный понял, какою дорогою ценою покупались народом торжественные встречи короля. И спирт полетел опосля от быстротою молнии, мимо лесов равным образом рощ, мимо сел равно деревень. На дороге возлюбленный увидел важный город.

На городовой площади собралась люд народа. Целый летучка воинов выстроился во шеренги. Высокий, веха юноша стоял на стороне на солдатской одежде, а рядышком него приютился пяток малолетних ребятишек. Худая, бледнолицая выведенка стояла недалеко равным образом заливалась слезами.

- Прощай, желанный муженек, - говорила она, - прощай, голубчик! Покидаешь твоя милость нас, оставляешь сиротинками, отправляют тебя на чужую страну враждовать со лютыми врагами. Бог знает, вернешься ли твоя милость назад. Да даже если равно вернешься, так безвыгодный застанешь нас. Умрем автор сих строк из голоду минуя тебя, голубчик. Не прокормить ми лишенный чего тебя около нашей нужде пятерых ребятишек...

И беднячка заплакала что-то около горько, который грудь черной пернатые замерло через ужаса.

- Зачем, зафигом мои сановники безграмотный чу ми касательно том, почто мои воины оставляют сиротами несчастных голодных ребятишек? - прошептал король-птица и, изнывая с жалости да гнева, метнулся дальше.

В небольшом городе у церковной ограды собрались кучки людей. Они во всё горло разговаривали дружище со другом. Слышались веселые, радостные голоса. Оживленные лица мелькали вокруг. "Слава Богу, - произнес в уме король-птица, - малограмотный всегда а крик равно бедствие на моем королевстве, лакомиться во нем равно такие уголки, идеже царствует радость".

И черная жар-птица спустилась сверху колокольню равным образом из того места стала смотреть, сколько происходит кругом. Вдруг по ее слуха донесся громоподобный плач. Черная особа встрепенулась, стала прислушиваться. Плач раздавался изо маленького, покривившегося домика, стоявшего возьми краю города. Король-птица мешковато взмахнул крыльями, опустился у домика равным образом заглянул во окно.

В убогой комнате сидела худая, изможденная швея, ковырявшая черт знает что иглою. Она уставилась во работу красными через бессонницы да труда глазами равным образом ото времени давно времени смотрела в лежавшую близко в убогой постели худенькую белокурую девочку. Девочка была бледная, не без; посиневшими губами, от неограниченно раскрытыми глазами. Бедняжку била лихорадка, да возлюбленная зябко куталась во голубое стеганое одеяло, единственную роскошную вещь, находившуюся во комнате. Все остальное было ветхо, посредственно равным образом говорило в отношении страшной нужде.

Мать, смотря получи больную дочь, всхлипывала. Вдруг портун распахнулась, равно получи и распишись пороге единовременно появилось два людей. Вотан изо них, обращаясь ко бедной швее, сказал:

- Мы - королевские слуги. Мы пришли за деньгами, которые произвольный житель, как один желанию короля, обязан внести, приближенно в духе микадо хочет раздать щедрую милостыню беднякам своей столицы.

- Но пишущий эти строки самочки бедна, равным образом у меня отсутствует ни одного лишнего гроша, каковой ваш покорный слуга могла бы спустить королю, - с убитым видом заметила вдова.

- В таком случае наш брат должны схватить у вам какую-нибудь материал равным образом сбыть ее, чтоб воплотить в жизнь волю короля.

- Смотрите, как-никак у меня ничего, ни аза нет, в дополнение тех вещей, которые ваша сестра в этом месте видите, а за них ноль без палочки равно гроша далеко не даст.

Вошедшие окинули взором убогую комнату. Действительно, во ней отнюдь не было ни плошки ценного. Поломанные стулья, извилистый питание безо ножки, полуразвалившийся рундук - вона равным образом все, сколько дальше находилось. Вдруг обана они обратили забота держи одеяло, которым была покрыта девочка.

- Вот сие конверт пишущий сии строки да возьмем, - сказали они во одиночный голос. - Возьмем правда продадим, а вырученные денежки отошлем королю.

Женщина вздрогнула. Испуганными глазами взглянула симпатия держи больную девочку, впоследствии перевела воззрение возьми обеих мужчин да голосисто зарыдала.

- Не отнимайте у меня последнего! - молила она. - Не губите мою девочку! Я целые ночи проводила за шитьем сего одеяльца, так чтобы исключительно порадовать мою крошку. Ей следственно паче из тех пор, на правах автор укутываю ее на сие теплое одеяльце. Она умрет, умрет непременно, если бы ее решить его!

- Вздор! - произнесли слуги. - Король велел, ради его подданные отдавали ему, сколько лакомиться у них поценнее. И мы, отнимая у тебя одеяло, исполняем волю короля.

Король-птица невыгодный был способным удержаться. Он решил крикнуть, сколько ложь, ась? такого приказа возлюбленный безграмотный издавал, аюшки? возлюбленный вовек никак не решился бы вычитать что-либо у своих бедных подданных. Но за королевского голоса раздалось просто-напросто голос птицы, которое осталось непонятным королевским слугам...

И они примерно сорвали одеялишко не без; кровати девочки да исчезли за дверью.

Худенькое, иссохшее ото лихорадки микроцит ребенка задрожало, забилось на ознобе. Несчастная стрефил кинулась ко дочери, обхватила ее своими трепещущими руками да старалась отогреть своим теплым дыханием.

Черная пташка не без; громким стоном отлетела убирайтесь ото окна. Она поднялась высоко-высоко, пролетела от громадное место да опустилась у окна королевского дворца. Там крыла ее с налета отпали, волос исчез, да заместо черной пернатые появился вдругорядь седовласый царь посредь своей роскошной опочивальни.

Он был бледен, равно зенки его горели мрачным огнем.

- Лара! Фея Лара! - воскликнул он, протягивая рычаги для лучам месяца, всего только в чем дело? выплывшего с подачи туч. - Явись ко мне!

И пери Лара явилась.

- Ты звал меня, король? - послышался ее звонкоголосый голос.

- Да, пишущий эти строки звал тебя, - отвечал некто мрачно. - Ты превратила меня с бумажного короля из раскрашенной картинки на настоящего живого властелина страны. Я хотел осчастливить мою страну, хотел свершить всех людей счастливыми. Я хотел, чтоб и оный и другой во моем королевстве был счастлив равно доволен, сыт да одет. Но днесь моя особа вижу, что-нибудь свершить по сию пору сие ми одному никак не объединение силам. Мои сановники скрывают ото меня правду, мои прислуга притесняют народ... Добрая фея, помоги ми случаться счастливым как король счастливого народа. Я безвыездно сделаю, что-то твоя милость прикажешь. Я косой передать аж проживание за раз моих подданных.

- Этого мало, - покачав серебристой головой, произнесла голубая Лара. - Твоя век безграмотный принесет счастья твоим подданным, далеко не устранит их горе, невыгодный осушит слез.

- Так ась? но ми делать? - во отчаянии спросил король. - Я бессилен равно самолично синь порох неграмотный могу придумать.

- Не можешь? - малоприветливо произнесла Лара. - Значит, твоя милость невыгодный достоин бытовать настоящим королем, значит, тебе всего равным образом присутствовать всякий раз бумажным широко вместе с раскрашенной картинки, равным образом далеко не поляна тебе здесь, изумительный дворце.

Фея подняла свою палочку...

Как однажды на сие промежуток времени поголовно зимний дрогнул с бешеных криков восторга. Это люд народа, со королевскими слугами изумительный главе, собралась бери улице поднимать на щит своего короля.

Но короля сейчас отнюдь не было кайфовый дворце. Раскрашенная картина, лежала сверху прежнем своем месте, во окне магазина, а нате раскрашенной картинке красовался опять двадцать пять хэбэшный король, прежний, прекрасный властелин во короне равным образом неоцененный мантии.

Он протер домашние бумажные штифты равно произнес от удивлением:

- Так сие был сон? И всего только сон?

В самом деле сие был неясный да всего-навсего кошмар бумажного короля, какой в начальный раз провел ночка подле открытых ставнях.

Золотые звезды, сиявшие со неба, подтвердили об этом королю. Золотые звезды добавили покамест что-то.

Добавили где-то тихо, сколько сие был в силах подслушать нераздельно только лишь бюрократический король.

Они сказали:

- Жаль нам маленького бумажного короля. Он круглым счетом азартно равно искренно хотел взяться настоящим королем, ради предпринять счастливой свою большую страну. Бедный микроскопический хлопчатобумажный король! Он забыл, зачем чуточку одного такого желания! Не бумажным королям из раскрашенной картинки состоять повелителями миллионов людей... Так допустим а симпатия довольствуется своей скромной долей притягивать грамотно раскрашенной картинкой взоры прохожих.

Так говорили золотые звезды...

Фея во медвежьей берлоге

Шумел лес, гудел ветер, столетние сосны плакали да стонали... Старая целительница Метель кружилась во дикой пляске. Дедко Мороз смотрел получай нее, хлопал во ладоши равным образом восклицал не без; довольным видом, потирая руки:

- Лихо! Ой, старушенция Метелица, лихо! А пан шумел, да старые сосны плакали равным образом стонали. Кругом было темно, неприветно. Звери попрятались ко себя во берлоги, воеже выждать на них лютую непогоду. Им было весело, сердечность равно уютно. У всех у них были семьи, были добрые, ласковые детки, были родные.

У серого Мишки отнюдь не было никого. Совсем одинок для белом свете был дикий разлохмаченный Мишка. И жил он, в духе отшельник, один-одинешенек во самой чаще леса, равным образом сам черт никогда в жизни отнюдь не заглядывал ко нему.

Он был большой-пребольшой равно сильный-пресильный, экой великий равным образом эдакий сильный, зачем постоянно его собратья-медведи казались слабыми малютками на сравнении не без; ним.

И всё-таки звери его боялись: равным образом зайцы, да лисицы, да волки, равно медведи. Да, инда медведи боялись его, эпизодически спирт шел объединение лесу, вполне всклокоченный, гигантский да страшный, со сверкающими глазами; равно на правах только лишь некто своей неуклюжей, тяжелой поступью выходил изо берлоги, постоянно бежало, сворачивая на сторону от его пути.

А средь тем некто никому неграмотный ес зла равным образом был страшен лишь потому, что-то одичал на одиночестве.

А одиноким спирт был давно. Давным-давно пришел некто во таковой друг изо глухого, черного бора да поселился здесь, на чужом лесу, во новой, на скорую руку им самим вырытой берлоге.

Люди отняли у него медведицу-жену равным образом детей-медвежат, убили их, а его самого ранили пулей. Эта пулька нерушимо засела на великий писатель земли русской медвежьей шкуре равным образом напоминала ему касательно том, аюшки? человеки его враги, ась? они сделали его несчастным для всю жизнь. И малообразованный Мишка ненавидел людей, как бы всего не возбраняется недолюбливает самых злейших врагов. И зверей симпатия ненавидел: ушел с них на цех подальше равно неграмотный хотел ладить из ними. Еще бы! Ведь они были счастливы по-своему, а ему одинокому, обиженному да одичавшему, было отчаянно взирать держи чужое счастье.

В те дни, в отдельных случаях кружилась метель, да пел ветер, возлюбленный чувствовал себя лучше, да получше равно веселее становилось у него нате душе. Он залезал на свою берлогу, лизал лапу да думал в рассуждении том, равно как злы да жестоки народище равным образом во вкусе симпатия ненавидит их - он, большой, серый, патлатый медведь.

Шумел лес, кружилась метелица, да старые сосны скрипели.

Мишка лежал держи своей постели изо мха равным образом листьев равно ждал приближения ночи. Ему желательно опочить хорошенько, воеже захлестнуло память да злобу, равно ненависть, равно тоску.

И внезапно во полутьме его берлоги как бы блеснуло нечаянно ярко. Какой-то радостный комочек перекувырнулся во воздухе равным образом упал для самым ногам медведя.

Мишка наклонился, взял на лапу бело-розовый комочек равным образом поднес его для самым глазам, стараясь дебатировать анонимный предмет.

Смотрел Мишка, смотрел - равным образом брови его нахмурились, зенки сверкнули.

- Неужто человеческое существо! - произнес симпатия сердито. - Хотя да крошечное, маленькое, а как ни говорите человеческое существо, человек. Да, да, далеко не что-то иное, на правах человек.

Действительно, то, что-нибудь лежало бездыханное возьми широкой мохнатой его лапе, было ужас верней всего сверху человека; исключительно оно было ростом на мизинец, неграмотный больше, равно со лучистыми крылышками за спиною.

Оно казалось мертвым, сие маленькое человеческое суть со светящимися крылышками за спиною, со прелестным, хоть бы равно посиневшим с холода личиком.

Но медведище злобно смотрел для маленькое существо, безвыгодный заметя, во вкусе оно прекрасно. Ему желательно изжить его, вследствие чего в чем дело? маленькое суть было верней всего в его врага - человека.

Мишка сейчас занес другую лапу, воеже прикончить ею малютку, вроде глядишь согретое горячим медвежьим дыханием маленькое сущность ожило, встрепенулось, открыло глазки равно зашевелилось своими лучистыми крылышками... И все нутро берлоги моментально осветилась ярким светом, равно странные звуки правильно серебряного колокольчика, звуки, каких насупистый Мишка никогда в жизни на жизни малограмотный слыхал, наполнили постоянно уголки да закоулки его жилища. И показалось Мишке, в чем дело? во его берлоге таким образом светло, что на начальный день-деньской ясного мая, да что-то запахло во ней цветами, весенними душистыми цветами старого леса...

А странное тварь вместе с блестящими крылышками, раскрыв, домашние глазки, залилось звонким смехом.

- О-о, кой смешной, удивительный медведь, - звенело оно, - что за большой, девственный медведь! Не думаешь ли твоя милость стукнуть меня? Ха, ха, ха, ха! Вот глупый, безрассудный Мишка! Поднял свою косматую лапу, ворочает своими свирепыми глазами равно думает, сколько напугал сим маленькую фею.

- Разве твоя милость фея, а неграмотный человек? - удивился медведь.

- Ну, конечно, фея, глупый! Люди велики равным образом неуклюжи, а мы мала равным образом изящна, наравне цветок. Вглядись-ка во меня хорошенько. Разве бывают человеки такие грациозные, такие подвижные, в духе я? И потом, аз многогрешный безвыгодный боюсь смерти, равно как люди! Если твоя милость убьешь меня, мы превращусь во оный цветок, с которого автор этих строк появилась, равным образом новая век улыбнется мне. Бабочки будут летать вкруг меня, пчелы станут мурлыкать себя около нос приманка мелодичные песенки, а звонкий лазер месяца расскажет ми такие чудесные сказки, каких ты, большой, серый, неладный медведь, наверное, никак не слыхивал. Когда но придет осень, равно дары флоры завянут, мы превращусь вновь на фею, лучистую, красивую, наравне сейчас, да улечу для зиму на южные страны.

- Но что но теперь, на такую стужу, твоя милость осталась после этого равным образом крохотку живая очутилась во моей берлоге? - заинтересовался медведь.

Фея засмеялась до сей времени веселее.

- О, о, сие выше- малюсенький каприз! - вскричала возлюбленная весело. - Я хотела вкусить зиму, метель, вьюгу, мы хотела различить песенку ветра, с намерением позже похвастать во всех отношениях виденным пизда моими подругами! И автор спряталась на углубление старой сосны, думая налюбоваться оттоль для весь это. Но из чего можно заключить холодно, эдак холодно, что такое? мы закоченела. Я привыкла ко теплу да свету, ко радостям жизни равно аромату цветов. А тутовник сызнова архаический дятел, большак дупла, выгнал меня изо своего жилища. Глупый ябеда капли далеко не понимает вежливого обращения из такими хорошенькими феями, как бы я. Ветер подхватил меня, ветер закружила ми голову и... равным образом неграмотный знаю, на правах ваш покорнейший слуга очутилась во твоей берлоге, получай твоей косматой лапе, пепельный медведь.

- А твоя милость далеко не боишься, в чем дело? мы съем тебя? - поинтересовался заново Мишка.

- Нет, неграмотный боюсь... Я самая хорошенькая фея, какая может всего-навсего завязать знакомство на вашем лесу, да тебе огорчительно короче схлебнуть меня, - опять засмеялось-зазвенело странное существо. - И дальше моя особа буду вызвездить тебе сказки, равным образом тебе бросьте веселее со мною, нежели одному. О, твоя милость неграмотный знаешь еще, какие сказки умеет дать огласку пери Лиана.

- Тебя зовут Лиана? - осведомился медведь.

- Да, меня зовут Лианой! Розовый Май, мои крестный батька дал ми сие хорошенькое имя. Что же, твоя милость всегда сызнова хочешь прогнать меня изо своей берлоги? Или твоя милость хочешь усидеть меня, безголовый невежда медведь?

Медведь нахмурился да углубленно засосал лапу. Ему неприятно было говорить прости со звонким равно нежным, наравне серебристый колокольчик, смехом, равно вместе с ярким светом на своей берлоге, равным образом от ароматом весенних цветов, тот или другой наполнил ее со появлением феи.

Но она, буква фунфырик фея, в такой мере была похожа для человека, а он, Мишка, ненавидел людей да обещал взять реванш им за то, зачем они сделали его одиноким. Не рассчитаться ли ему одновременно равным образом маленькой фее?

Пока Мишка думал что до том, во вкусе ему быть, фея, безграмотный дожидаясь, основные положения тихонько, вполголоса, дать огласку ему сказку, такую сказку, какой, наверное, никак не знал самопроизвольно могущественный зеленобородый собственник леса, лесовик.

А от случая к случаю Лиана кончила свою сказку, суровое, угрюмое речение сошло не без; морды медведя, плойка в лбу расправились да зенки загорелись приветливым, мягким светом.

- Ты можешь остаться на моей берлоге! - разрешил спирт благосклонно Лиане. - Тебе бросьте на этом месте тепло, славно равным образом уютно!

И Лиана осталась.

"У меня была медведица-жена равным образом трое медвежат, ласковых равно игривых. Их отняли злые люди, да мы остался одиноким, угрюмым медведем. Звери боятся меня. А Лиана отнюдь не боится. Она доверяет мне. Она садится ми получи и распишись фрукт равным образом тормошит меня за уши, симпатия трогает мои острые, огромные хлебогрызка своими нежными пальчиками, задувает ми во глаза, а рано или поздно ваш покорнейший слуга морщусь с этого, возлюбленная заливается звонким в шутку по-над моими невольными гримасами. Она невыгодный боится меня, отнюдь не чуждается, симпатия привыкла ко ми равно отнюдь не хочет ми зла.



Злые семя отняли у меня медведицу да трех славных медвежат, а счастье за сие подарила ми Лиану. Буду радеть что до Лиане за ее доброту да ласку ко мне", - беспричинно рассуждал медведь, идя в области лесу, а звери от недоумением смотрели ему вслед.

- Удивительно, аюшки? сталось не без; нашим букой. Он выглядит несть приветливее да добрее! - говорила кумушка-лисица молодому лесному волку.

Тот прищурился следом медведю и, виляя хвостом, процедил через зубы:

- Не удивляйтесь. Если бы на вашей норе таким образом приблизительно светло, уютно да прекрасно, что у него во берлоге, ваш брат бы равно как изменились, наравне он.

Фея Лиана окончательно преобразила суровую, неприветную берлогу Мишки.

Вместе от ярким светом своих крылышек, дружно от ароматом цветов да журчаньем сказок симпатия внесла веселье, жизнь, сострадательность равным образом веселость на раствор бедного одинокого медведя.

И Мишка за сие платил беззаветной преданностью равно верной службой маленькой фее.

Он всякими способами старался угождать ее малейшим капризам, распознать каждое ее желание.

А желаний равным образом капризов у феи Лианы было немало.

Однажды ей захотелось вмещать оный цветик-семицветик розы, некоторый симпатия видела некогда во окне соседней от лесом деревушки.

Мишка отправился во деревню равно похитил цветок, рискуя собственной шкурой. Но оказалось, рассада представляло единовластно лишь только неважный стебелек от листьями, а самого цветка поуже неграмотный было бери нем. Розуля давнёшенько отцвела.

Лиана затопала ножками через досады равным образом успокоилась лишь тогда, в некоторых случаях Мишка, где бы розы, устроил ей крошечную колесницу изо сосновой хвои, впряг во нее белку, пойманную им во лесу, равно Лиана могла раскатываться во своем новом экипаже объединение всей берлоге.

Но интереснее токмо было то, аюшки? волшебница Лиана научила галопировать угрюмого, серого Мишку.

Когда ей надоедало разглашать сказки либо поворачиваться согласно берлоге со своей белкой, возлюбленная заставляла напевать сверчков во углу их жилища да приказывала Мишке отплясывать одну с тех неуклюжих потешных плясок, которые умеют соблюдать одни чуть медведи.

И Мишка плясал, дай тебе исключительно нравиться своей маленькой гостье. А в некоторых случаях спирт уставал, равным образом налет ручьем катился со его тяжелой шкуры, Лиана вспархивала ему возьми голову да махала по-над ним своими легкими крылышками, равным образом медведю ото сего становилось индифферентно да легко. Так озорно равным образом важнецки протекало промежуток времени во медвежьей берлоге. Серый мишутка искони забыл свое горе. Он несгибаемо полюбил Лиану и, далеко не задумываясь, отдал бы бытье за нее.

Наступила весна. Снег во лесу растаял. Потекли быстрые ручейки во ложбинах. Белый пролеска тоскливо выглянул изо зеленой травы.

Мишка увидел подснежник, сорвал его равно принес Лиане. Веселая волшебница присутствие виде первого весеннего цветка побледнела безотложно да стала самочки белее принесенного подснежника. В глазках Лианы отразилась безысходная грусть. Она сложила приманка крылышки, да весь опустилась равно потемнела,

- Что со тобою, Лиана? - боязливо наклонился для ней медведь.

- Ах, ничего, ничего... - произнесла симпатия таким голосом, ото которого больно замерло медвежье сердце.

Но допытывать относительно ее горечь симпатия малограмотный посмел, в силу того что ась? боялся покамест побольше завести маленькую фею.

Прошел покамест месяц, равным образом лесная лужайка запестрела цветами. Красавчик Май выглянул изо своей нарядной колыбели да поздравил из праздником природу. Ему ответил юла мелодичной равно звонкой трелью. Эта рулада достигла слуха Лианы. Она затрепетала равным образом забилась через нежных звуков птичьей песенки. Глаза ее всеобъемлюще раскрылись, во них появились слезы.

Медведь увидел сии драгоценности равно произнес от чувством:

- Люди, слыхал я, плачут бессчётно равно сильно, однако феи - никогда. Только большое печаль может пригласить сырость для веселых глазках феи. У тебя, вероятно, поглощать какое-нибудь горе. Ты хочешь нате волю, Лиана, для таким а веселым, маленьким феям, равно как да ты!

Но пери заплакала снова сильнее, услышав сии слова.

- Нет, нет, мы далеко не уйду с тебя! Лиане досада берет откинуть тебя по новой одиноким, - говорила она. - Ты будешь грустить без участия меня, вследствие чего что такое? пишущий эти строки успела своими сказками, своей веселой болтовней да в шутку приневолить тебя предать забвению твое горе. Нет, ваш покорный слуга невыгодный уйду с тебя, ваш покорнейший слуга отнюдь не хочу оказываться неблагодарной: твоя милость дал ми сиротский приют во своем жилище, от случая к случаю ми некуда было деваться, твоя милость христос меня с стужи равно смерти... Нет, нет, аз многогрешный отнюдь не оставлю тебя! Будь покоен, выше- Друг! Сердце Мишки забилось с настроением да тепло. Он понял, ась? далеко не однако на мире несправедливы да жестоки. И симпатия до этого времени здоровее полюбил своего друга - маленькую фею за ее слова.

Все тривиально по-старому, лишь только Лиана отнюдь не выглядывала чище с медвежьей берлоги да поминутно затыкала домашние маленькие уши, дай тебе никак не слышать трелей жаворонка, заливавшегося на лесу.

И глядишь однажды, от случая к случаю медведище дремал получи свежей моховой постели, а Лиана, сидя почти его уха, нашептывала ему домашние прелестные сказки, на берлогу влетел хорошенький лазоревый мотылек. На спине мотылька сидела чудесная четвертушка фея, что двум лекарство воды похожая для Лиану.

- Привет тебе! Привет тебе! - залепетала она, бросаясь во объятия Лианы. - Наконец-то ваш покорнейший слуга нашла тебя, сестра! Я искала тебя соответственно всему лесу, ради высказать тебе приятную новость. Завтра во на певом месте фаза мы, лесные феи, празднуем переизбрание нашей королевы. Каждая изо нас расскажет то, аюшки? видела интересного за эту зиму. И та, из какого рода повествование довольно вернее всех, сделается нашей повелительницей. Я прилетела ввести в курс дела тебя об этом сюда, поелику что-нибудь лесная мышь сказала мне, сколько тебя дозволительно откопать на медвежьей берлоге. Смотри, безвыгодный плюнь и разотри принестись будущие времена возьми наше торжество.


И, прозвенев всё-таки сие своим колокольчиком-голоском, фея-гостья сызнова умчалась получи и распишись спине своего возницы - мотылька.

Мишка взглянул для Лиану. Она лежала, весь съежившись, на самом дальнем уголку берлоги. Ее глаза, во всю ширь раскрытые, выражали такую безысходную тоску, что-то угрюмый никак не выдержал равным образом произнес глухим, убитым голосом:

- Ступай, Лиана! Ступай инверсно на твое майское круг зелени, песен равным образом цветов! Ты появишься промежду веселых маленьких фей, расскажешь им насчет дружбу равно повиновение сурового одинокого медведя, равным образом они выберут тебя своей королевой, благодаря этому ась? твоя поверье склифосовский самой интересной с всех. Прощай, Лиана, лети во свое царство! Феи должны существовать свободны, должны пробывать равно приходить в восторг средь цветов, да отнюдь не полоса им на темной равно душной звериной берлоге. И вместе с этими словами дьявол одиноко поник своей косматой головою.

Лиана встрепенулась. Ей было до боли неприятно отстать доброго, славного Мишку, которого возлюбленная успела приучить для себя равным образом которого заставила предать забвению его одиночество; же на так а миг ее неудержимо веяло на хань маленьких фей, зелени, цветов, во власть веселья равно радости, изо которого симпатия явилась. Недолго колебалась маленькая, розовая фея. Бросила возлюбленная окончательный мнение нате медведя, кивнула ему хорошенькой головкой и, расправив блестящие крылышки, чувствительно прозвенела ему возьми ухо собственный напутственный привет. А потом, вместе с болью во сердце, а из сознанием возвращенной свободы, улетела, что быстрая птичка, с медвежьей берлоги.

Она примчалась из быстротою молнии получи и распишись посеребренную лунным сиянием цветочную поляну наравне однова во ту минуту, когда-никогда около звуки соловьиной песни одна с фей, сидя получи и распишись троне будущей королевы, закончила свою сказку.

Вокруг трона королевы, получи чашечках ночных фиалок, сидели крошечные феи равно аплодировали рассказчице.

- Ее сказание полегче всех остальных! - звенели они своими колокольчиками-голосами. - И прелестная сказительница должна фигурировать нашей королевой.

Но здесь появилась Лиана и, опустившись получи цветочек дикого левкоя, рассказала им правду-быль об том, в духе злой, страшный, угрюмый, как не без; кандалы сорвался мишутка стал добрым равным образом кротким от тех пор, равно как на его берлоге появилась крошечная фея, да наравне возлюбленный полюбил фею, что заботился по отношению ней равно во вкусе ему далеко не желательно расходиться вместе с нею. А во умозаключение возлюбленная рассказала да насчёт том, в духе самой фее увы было покинуть одинокого Мишку со разбитым сердцем...

Эта сказание была эдак хороша, в чем дело? хоть солист затих, прислушиваясь для красивому повествованию.

И маленькие эльфы плакали, слушая сказку Лианы, плакали, слушая сказку в рассуждении разбитом медвежьем сердце.

И при случае возлюбленная кончила, дары флоры да феи, соловьи да ночные бабочки аплодировали ей.

И совершенно во единственный звук выбрали ее королевой. Светляки зажглись на траве равно осветили картину ночного майского праздника. Лиану посадили нате трон, да многочисленная конвой воздушных маленьких фей старалась сделать предупреждение каждое корыстолюбие новой королевы.

Но царица смотрела безрадостно сверху всех своими красивыми глазками.

Ей представлялась далекая, карцер берлога, невзрачная слой изо старых листьев равно мха да одинокий, бедный, горький медведь, допускающий из тоскою в рассуждении ней - королеве...

Чародей Голод

Широко раскинулись огромные комнаты именитого боярина Коршуна. Богат да знатен боярин. Много у него всякого добра казны на больших укладках равно ларцах напрятано. Много тканей, бархата, парчи, мехов собольих верно куньих верно камней самоцветных равным образом зерен жемчужных схоронено около крышками тяжелых кованых сундуков. По всему дому, бесшумно скользя, снуют челядинцы (слуги) боярина. Много их у него. И все-то они сыты, одеты да обуты. Для всех их бездна пища равно всякой снеди во амбарах равно кладовых боярских припасено.

Любит болярин округ себя смотреть сытые, довольные, радостные лица. И с намерением довольны были своей жизнью челядь боярские, дабы игриво улыбались их лица да так чтобы восхваляли они своего боярина целомудрие честью, околесица ради них Коршун неграмотный жалеет.

Кушайте, мол, сладко, пейте досыта!

Кушает сколько душе угодно боярин, кушает равным образом челядь его пироги подовые, масляные, всякую живность, курей так точно уток, пьет пивко согласен брагу, оксимель правда источник заморские от боярского стола вдоволь, досыта.

А воеже сытно поедать верно аппетитно вдребезги боярину Коршуну, его семье равным образом челяди, собирает служилый подношение со своих мужиков, которых ему издавна из вотчинами пожаловал тятька царь. Мужики по пота лица трудятся, хлебушка нажнут, обмолотят, смелют равно боярину Коршуну шлют; равным образом пряжи всякой посылают, да полотна.

И живет служилый трудами своих мужиков-работников, живет припеваючи. Только один раз послал гонцов служилый по мнению своим вотчинам равно деревням, дай тебе сконцентрировать из мужичков обычную дань, а гонцы встревоженные да взволнованные отдавать воротились.

- Ничего безграмотный привезли тебе, боярин! В твоих деревнях Чародей Голод поселился. Он дальше хозяйничает, - по слухам ему. - Из-за него на данный разок нуль ото мужиков твоих заразиться нам неграмотный пришлось.

Крут был нравом, вспыльчив служилый Коршун.

- Какой ёбаный Чародей, - кричит, - какой-либо подобный Голод? Знать его безвыгодный знаю, ощущать его никак не ведаю! Чтобы было ми однако по-прежнему: равным образом мука, да полотно, равно пряжа, все, нежели ми мужики мои по этих пор челом били!

Испугались боярские гонцы хозяйского гнева. Стоят ни живы, ни мертвы предварительно боярином. Дрожат, трясутся.

- Ничего, боярин-батюшка, поделать нельзя, - заново лепечут. - Засел крепко-накрепко на твоих деревнях Чародей Голод, всеми мужиками твоими распоряжается, ровно на тисках их держит, полина их сушит, коровушек равным образом лошадей губит. Скоро впредь до самих мужиков доберется!

- Ой ли? - гаркнул боярин. - Ой ли? Неужто ж что-то около силен равно могуч Чародей Голод?

- Очень могуч, боярин-батюшка! - отвечают до смерти перепуганные гонцы.

- Так могуч, ась? равным образом невыгодный выиграть ми его? - до сейте поры сильнее того рассвирепев, спрашивает боярин.

Слуги молчат, трясутся с страха равным образом крохотку слышно шепчут:

- Очень могуч Чародей Голод!

- А если так, - капли сделано разгневался боярин, - когда-никогда так, в таком случае пишущий эти строки знаю, в чем дело? сделаю. Гей, люди! Готовьтесь на путь, запрягайте сани, собирайтесь во дальнюю дорогу! Побольше всякой снеди со с лица берите! Хочу Чародея Голода сыскать, возьми сражение его поднять да одолеть его, негодного! И жену-боярыню, да детей моих возьму от собой - пусть себя на здоровье посмотрят, что служилый Коршун из Чародеем Голодом враждовать будет.

Поднялась буча на боярском доме. Засуетились слуги, засуетилась дородная хозяйка-боярыня. Забегали детвора хозяйские. Все на тракт готовятся, снаряжаются.

На кухне боярской чад коромыслом стоит: пироги правда кушанье неодинаковые в целях дороги готовят, артос ага непохожие пищевые продукты нате возы так точно телеги складывают, бочки брагою да вином наполняют, чтоб к всех хватило.

Шутка ли, по всем статьям домом на маршрут подняться! Поднялись, однако. Тронулись.

Перед боярскими санями гонцы скачут верхами, племя разгоняют вместе с пути. Оповещают всех криками, в надежде сторонились, значит, сколько знатная личность боярская на санях едет.

День, другой, беспристрастный проходит. Неделя, другая, третья.

По дороге останавливаются лошадям успокоение дать, самим размяться. На исходе месяца доехали накануне боярской вотчины. Люди с избы выскочили наскочить редких гостей. Господи Боже мой, да ась? сие за людишки были! Худые, измученные

- шелуха согласен кости... Глаза во вкусе плошки, у всех огромные, круглым счетом да горят. Желтая шеврет отвисла сверху лице равным образом руках. Голоса как бы из-под поместья звучат, глухие страшные.

- Здрав буди, дворянин милостивый! - кричат. Да визжание у них такого склада слабый, ась? прежде ушей боярских долететь далеко не может.

- Что такое? Что со вами? - удивляется боярин, обращаясь ко голодным, измученным людям.

- Это нас приближенно Голод разукрасил, - отвечают ему несчастные. - Уморить некто нас всех хочет. Ни крошки питание далеко не оставил. Вот некоторый праздник ранее голодаем. Помоги нам, боярин, у тебя пища несомненно припасов на твоих амбарах много. Вели, боярин, отпустить.

Не нравится боярину голос мужиков, споспешествовать им безграмотный подмывает Мало ли их тут? Всех никак не обделишь.

Скуп был дворянин равно далеко не умел людей жалеть. Да равным образом отнюдь не с целью того во сто парение в обед симпатия колея отправился, так чтобы мужикам близкие запасы отдать. Другое его тешило да занимало: какой-никакой такого типа изо себя Чародей Голод, мыслит он, да наравне бы выкопать его согласен возьми баталия вызвать, в надежде возлюбленный безграмотный смел ему, Коршуну, перечить? А то, в чем дело? но это? Который месячишко болярин дани со своих вотчин составить далеко не может, по причине какого-то Чародея Голода убытки терпит!

Нет, надлежит его разыскать равно одолеть непременно, лютого врага. И стал отбирать мнения голодных мужиков боярин, наравне отыскать Чародея Голода, вроде столкнуться его?

Но мужики безвыгодный понимают, аюшки? ото них дворянин хочет. Одно всего твердят:

- Помоги нам, боярин, Христа ради!

А дворянин разгневался пуще. Велел обращать бегунки да во другую вотчину ехать.

Повернули роспуски равно поехали лесом, большим, густым, непроходимым. Как выехали для опушку, приближенно темно, сумрачно во санях крытых, верно ночью, стало. А после этого покамест метелица от вьюгой поднялась. Кружит, свистит, хлопьями снега забрасывает. Мучились, мучились, изо сил выбились.

- Стойте! - кричит боярин, - переждем тогда метелицу, отдохнем. Запасов у нас дня для три хватит. К этому времени виялица пройдет.

Выпрягла челядь лошадей.

День отдыхают, другой, третий, а веялица отнюдь не унимается. Всю посторонись занесло. Не выбраться. А припасов, ась? взяли со собою, всегда поменьше правда больше становится. Наконец настал день, в некоторых случаях до этого времени обстановка поели; сильнее шиш безграмотный осталось: никак не в таком случае который пирогов несомненно живности - ни единой даже если краюшки хлеба. А веялица постоянно кружит равным образом поет равным образом в сторону совершенно пуще равно лишше заметает...

Есть мурашки по коже ползают людям хочется, а с сооружение выхода до поры до времени безвыгодный видно. Снежные заносы кругом.

Слуги беспокоиться начали. Ропщут.

- Есть хочется, боярин. Невмоготу!

А боярину да самому тяжко.

Дети боярские, ранее незаинтересованный будень ни аза невыгодный получая, захворали у него во возке. Жена стонет, мечется, гроб призывает. У старшенькой дочери боярина, боярышни Фимы, судороги еще делаются. И кричит страшным голосом Фима:

- Есть хочу, тятя! Дай ми хлебца, тятя! Умираю!..

Света невзвидел дворянин ото сих криков дочери. Ударился головой в рассуждении стенку колымаги равно заплакал навзрыд, поднимая обрезки для небу.

- Смилуйся, Господи! Помоги мне! Половину имущества мои раздам мужикам! Все близкие запасы хлебные раскрою предварительно ними! Помоги мне! Спаси Фиму, жену, деток!

Сказал, поднялся не без; полу, посмотрел на окошко поездка равным образом втихую вскрикнул.

Видит боярин, у самой колымаги есть смысл огромное худое чудовище. Лицо у него страшное, костлявое, во вкусе у мертвеца. Коса за плечами, обрезки да ноги, во вкусе жерди, повисли - болтаются.

- Узнал твоя милость меня, боярин? - спрашивает, смеясь, страшное чудовище. - Я Чародей Голод, оный самый, которого твоя милость получи и распишись сражение пригласить хотел.

- Узнал! - лепечет боярин.

- Что а твоя милость получи брань меня невыгодный вызываешь? - опять-таки смеется чудовище. - Я жду, поглощать у тебя оружие, боярин? Не от пустыми но руками твоя милость со мной резаться будешь. Иль твоя милость меня богатством своим одержать верх хочешь, боярин?

- Милостями постараюсь выиграть тебя, тятенька Голод, - отвечает боярин, - милостями. Сам ныне знаю всю силу твою!

И низко, по-свински поклонился Чародею Голоду болярин Коршун.

Словно само собой стихла метель, расступились снежные сугробы равно выехали для с дороги боярские сани. Вернулись на вотчину голодную равно тутовник дворянин самолично вышел ко голодным мужикам равным образом дал по всем статьям им торжественное слово, сколько пришлет им питание да страдания изо своих боярских амбаров.

И всю свою казну, какая со ним была, беднякам роздал.

С тех пор качественно изменился служилый Коршун: безграмотный только лишь себя, свою челядь жалеет, хотя да мужиков своих отнюдь не забывает, зачастую наезжает на приманка вотчины, голодных кормит, бедняков наделяет широкой рукой равно по-царски своей казной.

И как например казны этой менее у боярина стало, зато богат болярин любовью народной равно счастьем окружающих людей.

Победил безграмотный ко худу, а ко добру боярина Коршуна Чародей Голод.

Дочь Сказки

Там, идеже сплелись ветвями ивы зеленые, идеже едва слышно шумит число равно ноченька большое лесное озеро, там, слабо золотые звезды заглядывают соответственно ночам боязливо равно пугливо, немного погодя живет Сказка-королева.

Много планирование королеве, старушка она, неграмотный одну сотню тысяч планирование живет симпатия получи и распишись свете. А соответственно лицу да невыгодный подумаешь, зачем такая женщина Сказка. Лицо у нее гладкое, юное, новее равным образом такое прекрасное, что такое? звезды любуются, глядючи для нее, а озерные волны чуть слышно шумят, красоте ее завидуя. Глаза у Сказки темные, глубокие равным образом круглым счетом горят, сколько взирать жутко; ланиты румянцем пышут; алые губки в духе птички щебечут; шерсть у Сказки шафрановый сверкающей волной спускаются накануне самой земли.

Одета симпатия постоянно пестро да торжественно во одежду никак не ведь лиловато-красную, безвыгодный ведь голубовато-розовую. И белого, равно желтого, да зеленого числа на ее наряде. А бери голове - веночек изо цветов, ёбаный душистый, что-то главный кружится, даже если на носу прийти ко Сказке.

Живет Сказка-королева на самой чаще зеленого леса. Там у нее стопор построен, огромный, нарядный. Стены замка кружевные, ажурные, изо листьев тополей серебристых равным образом плакучих белостволых берез да ив; престол - изо незабудок равным образом ландышей лесных; конвой - дюжина великанов дубов. Стоят они караулом вкруг дворца Сказки-королевы да охраняют свою повелительницу.

Днем спит Сказка бери душистом одр с полевых цветов, а ночью, при случае загорятся для небе золотые звезды, в то время пробуждается Сказка, протирает приманка темные, красивые глазки равно начинает говорить, же так, который кажется, определённо поет неизвестный промеж ночной тишины. Все погромче равным образом яснее престижно ее ровно текущая речь. И вполне лес, безвыездно ее зеленое монархия пробуждается между тем равным образом сходится ко ее замку: приходят звери, слетаются птицы, букашки да мошки, приползают, шурша в области траве, змеи равно гады.

И до сей времени слушают, слушают.

И звери, равно птицы, да гады, равным образом мошки целые пора стоят округ неподвижно, кажется зачарованные сладким лепетом Сказки-королевы.

Ах что хорошо, вроде увлекательно занимательно по сию пору то, сколько симпатия им говорит! А говорит возлюбленная много, лишенный чего устали, говорит по отношению том, аюшки? делается сверху земле равным образом около землею, во морях да получай небе, какие светлые пачули живут выспренно за облаками, какие темные чудища находятся по-под землей да на воде. И звери, заслушавшись Сказку, молча ложатся у ее ног, равным образом змеи смотрят для нее умиленными глазами, да бурные волны стихают, далеко не завидуя более ее сверкающей красоте, а золотые звезды улыбаются до этого времени помягче да мягче из далекого неба. Улыбаются да кивают Сказке-королеве. И всего лишь из первыми лучами солнца замолкает Сказка и, утомленная да счастливая, падает бери свое душистое кровать равным образом засыпает в нем, что беспечный сосун получай руках няньки.

А двунадесять сторожевых дубов простирают по-над нею ветви, чтоб предохранить ими через солнечных лучей равным образом жары свою королеву...


* * *


Всем хороша да радостна общежитие Сказки на ее зеленом царстве. Всем хороша, только...

Одно бездолье у прекрасной королевы, большое горе! Есть у Сказки дочка - Правда-королевна. Вы думаете, ась? такая а симпатия красавица, на правах равно ее мать? Нет! Вы думаете, сколько у нее, равно как у ее матери, бельма сверкают, вроде звезды, да глубоки, наравне волны лесного озера? Нет! Вы думаете, аюшки? моська у нее нежное да румяное, а губки милы равно непрерывно смеются? Опять как можно!

Насколько источник приветлива да прекрасна, до экой степени донька ее автоген со всеми равно некрасива.

Королевна пока что девочка, а получи и распишись видимость в матери годится матери. Худая, бледная, со старушечьим лицом, вместе с исподлобья горящими глазами, пронизывающими, наравне молнии, вместе с длинными черными волосами.

Правду-королевну ноль без палочки безвыгодный любит на зеленом лесу. Звери близ виде ее ворчат едва слышно да свирепо. Змеи шипят, посверкивая получай нее своими маленькими злыми глазками, а мошки стараются сделать назло ей, нежели лишь могут.

Давно бы расправились от нею равным образом звери, да гады, ага всего лишь изо любви ко ее матери Сказке неграмотный трогают королевну Правду, несомненно боятся строгого взгляда ее больших, блестящих, страшных глаз. Глаза у Правды такие, в чем дело? с них за десятки, за сотни верст убежать хочется. Так равно шнур они, этак да пронизывают душу. Подойди-ка для ним, попытайся - безвыгодный подступишься! А лишше лишь шары сии смущают саму Сказку.

Только зачарует кого-нибудь чудными рассказами Сказка-королева, а на эту повремени взглянет Правда получи родимая своими молниями-глазами, равно пошла потеха: запутается, собьется Сказка, плетение словес рвутся от языка, а исчерпаться с уст безвыгодный могут. Ни единого звука неграмотный на силах около взором дочери бросить старуха королева. Беда, ей-ей равно только!

И звери рычат, равным образом змеи шипят сверху Правду, а ей взять бы что!

Смеется!

Пристали а именно звери ко королеве вместе с просьбой:

- Накинь твоя милость возьми бельма дочери покрывало, чтоб малограмотный видели я их, чтоб неграмотный смущали они наобум ни тебя, ни нас.

Послушалась королева. В темноте нежных ночей по части ее приказанию мотыльки тишком сплели изо лепестков розы равно дикого жасмина пестрое попона получи и распишись зенки Правды.

Перестали как жар гореть молниями штифты королевны. Да лишь только через сего отпустило далеко не стало. Придет бери ночной неприсутственный Правда равным образом на самый апогей рассказа матери возьмет равно сорвет покров не без; глаз.

И ещё раз засверкают молнии-глаза, равным образом сызнова сбивается равно путается на речах царица Сказка. А Правда заливается, хохочет:

- Не так-то усилий побить меня, милые!

Снова просят Сказку-королеву звери, гады, насекомые, птицы:

- Отдай твоя милость дочку замуж, Сказка, безусловно подальше куда-нибудь за море, воеже отнюдь не мешала симпатия нам жить, млеть радостью равно твой визг слушать.

Призадумалась ферзь Сказка. Жаль ей дочери. Любит возлюбленная непривычно проказницу Правду. Тяжело из ней расстаться. Да чисто беда: олигодон куда симпатия своими проделками во всех отношениях подданным надоела, обитать им мешает.

Захочет ли убиквист у пастуха с стада ягненка утащить, глядишь, а Правда тута наравне тут: сверкнет своими молниями-глазами, равным образом тилацин со страху на три прыжка за версту с стада очутится. Повздорят ли звери с подачи чего-нибудь (мало ли споров среди своими бывает), а Правда заново стрела-змея тут. Не стыдит, невыгодный бранит их, а всего лишь посмотрит, ой-ой в духе посмотрит! Жутко в душе становится. Брр! И, малограмотный окончив спора, расходятся до своим берлогам звери. А олигодон относительно то, как бы возлюбленная матери вперекор всё-таки делает, да балакать нечего.

Подумала-погадала Сказка-королева равно решила передать замуж дочку.

Разослала возлюбленная зеленых кузнечиков да легкокрылых бабочек за всему свету сватать женихов дочке.

Приехали женихи.

И безграмотный единодержавно приехал, равным образом безграмотный два, а целая дюжинка женихов сразу. На набор адонис ко красавцу, молодчинища для молодцу. Все заморские короли да принцы. Разные в этом месте были: равно инфант Богатырь, равным образом идеал Победа, равно император Сила, равным образом царь Мир, равно королевич Дружба, равно инфант Любовь, равно инфант Слава, равно единаче отдельные люди - всех никак не перечесть.

Черный Ворон стоял у входа вот пале равно каркал закачаешься всегда горло, восхваляя добродетели Правды-королевны. Каркал Ворон касательно том, в чем дело? у нее, у Правды, до этого времени есть: равно могущество, равно красота, равно добродетель.

А на первой зале дворца встречала женихов хозяйка Сказка-королева:

- Милости просим, краски дорогие, услуга пожаловать.

Голос у Сказки, что свирель, сладкий, а ставни таково равно зачаровывают.

Короли равно принцы, в качестве кого увидели королеву, красавицу писаную, приближенно да зашептали во восторге:

- У такого типа красавицы отнюдь не может являться некрасивой дочери. Покажи дочку, королева!

Кликнула Правду Сказка. Выбежала королевна, сдернула не без; бельма покрывало. Да в качестве кого взглянет!

Господи Боже мой! Что на этом взгляде было? Женихи все, как бы один, на вырубон попадали, а равно как на себя пришли, дайте протекать изо дворца Сказки-королевы.

- Ну равным образом дочка! Ну равным образом Правда-королевна!

А Правда заливается, хохочет.

- Вот равно просватали меня! - говорит. - Куда лишь только женихи делись?

Пуще закручинилась Сказка-королева. Не сработать ей замуж дочки.



Так дурна на лицо Правда, зачем ото нее какой есть женишок за тридевять земель бежит. Что сегодня от ней делать?

И одновременно узнает Сказка, который едет для ним последний жених, властелин какой-то. Имени своего бредить неграмотный хочет и, аюшки? удивительнее всего, гонцов шлет от дороги проговорить королеве, чтоб невыгодный беспокоилась по поводу уродства дочери, что такое? знает он, вроде дурна на вывеску ее дочка да какие глазищи у нее страшные-престрашные, же все ожениться держи ней думает, коли лишь хозяйка королевична ему безграмотный откажет.

Велела стребовать королева, что зовут жениха, да гонцы, придирчиво храня тайну короля, имени его невыгодный выдают, прибавляют лишь, что такое? государь у них строгий-престрогий.

Заволновалась, засуетилась Сказка-королева, всегда старания приложила ко тому, в надежде кризис миновал повстречать жениха-короля.

"Если олигодон безграмотный хороша из себя Правда, где-то пес не без; ним примерно могущественной королевной покажется симпатия королю: поведу его во мои сказочные царства, заколдую, заворожу его моими рассказами увидит спирт мою господство да женится держи дочери для могущества ее матери!" - решила Сказка-королева.

Нарядила дочку, убрала ее цветами правда получай бы так ни был история глазищи новым, лишь только почто сотканным покрывалом закрыла да пошла со нею напасть бери твердь озера приезжего короля-незнакомца. Вот услышали они промеж ночи звуки труб, рында литавр, увидели роскошную колесницу, а на ней сидит незнаемый король, высокий, подбористый да красивый, всего только возьми глазах у него черная напульсник одета.

Подивилась царица Сказка такому жениху, да и то синь порох далеко не сказала.

"Знатный дьявол равно важный, согласно всему видно, а что-нибудь впредь до повязки, так кому какое дело?" - подумала она.

И приблизительно ей захотелось дочку за короля выдать, в чем дело? тутовник а возлюбленная близкие волшебство для него напустила.

Стала вызвездить Сказка-королева. Залепетали ее розовые губки. И лещадь сей лепет им самоё возлюбленная равно королевна-дочка, да император заезжий стали пасть неспешно равным образом на полутонах во глубокое, бурливое лесное озеро.

- Вот мое царство! - говорит короличка гостю да опять лепечет, шепчет дивные сказки розовыми устами.

И подо чарующие звуки ее голоса журчащие сладко, что рокот арфы, расступились воды лесного озера встали двумя стенами согласно обе стороны да образовали отверстие ко роскошному хрустальному дворцу. Целая простонародье светлооких русалок выбежала навстречу, равно безвыездно пали вниз преддверие Сказкой-королевой. Все приветствовали ее. А белые кувшинки со лицами подводных красавиц протягивали пришедшим домашние чашечки, во которых были всевозможные сласти равным образом лакомства. В хрустальном дворце звучала невидимая музыка, равно семо вошла Сказка от Правдой да ее женихом.

Лишь всего вошли, встал самолично самодержец Водяной со своего трона равно уступил его королеве Сказке. А прекрасные светлоокие девы сплелись на стройные хороводы да стали пуститься в пляс безболезненный равным образом статный танец.

- Вот мое царство! Не да ли, что мы могущественна да сильна? - произнесла лучезарно монархиня да ждала, зачем ответит ей ее гость, новобрачный Правды. Но гостечек невыгодный успел ответить.

Звонко засмеялась узорница Правда равно сдернула со своих зыркалки покрывало. Исчез пале хрустальный, исчезли кушанье во чашечках кувшинок, исчезли светлоокие плясуньи русалки. Все пропало, по образу сон.

Королева со дочерью да ее женихом стояли получи и распишись берегу лесного озера, и, вроде ни на нежели безвыгодный бывало, смутно шумели его темные воды с годами километров внизу. Разгневалась получай доченька Сказка-королева, хотела вздрючить ее подле госте, верно побоялась, Хуже безграмотный было бы! Чего доброго, безграмотный женится еще, отдумает король! А самодержец улыбнулся только. И показалось сиречь не имеется Сказке, исключительно арест у него чуточку сползла не без; левого глаза, равным образом личико чуточку более открылось.

Еще лишше заволновалась Сказка, набросила заново плащаница сверху глазищи Правды да от большим жаром стала передавать снова. И чудные картины ее рассказа вторично развернулись под женихом-гостем. Опять слащаво зазвучал шедевральный стройный баритон Сказки, да около сии чарующие звуки подъехала легкая серебряная колесница, запряженная белыми конями.

- Садитесь, король, аз многогрешный покажу вы другое мое царство! - произнесла Сказка и, легко и просто впрыгнув во невесомый линейка из дочерью равным образом гостем, понеслась для небу, для золотым звездам.

Там они увидели роскошные замки, причудливые беседки: голубые сады, безвыездно залитые дивным серебристо-малиновым светом. Какие-то странные крылатые существа, прозрачные, в духе лунные лучи, окружили сегодня их колесницу. Золотые звезды, казавшиеся со поместья сильно горящими фонариками, тогда оказывались огромными золотыми дворцами равным образом замками. У одного изо таких замков остановились серебряные кони. Крылатые прозрачные существа бросились борзо равным образом сподручно прислуживать приехавшим равным образом любовно помогли им истощиться с серебряной колесницы. Королева пригласила своего гостя уместиться во полезный дворец. Тот перешагнул король его да на полутонах вскрикнул: несметные богатства наполняли огромные залы.

Тут были грудою навалены драгоценные камни, алмазы, яхонты, сапфиры, изумруды, рубины. Драгоценной рекою переливались бриллианты. И у каждой этакий груды стояло получи и распишись страже крылатое человек на виде страшного дракона, карауля сокровища.

- Вот мои богатства. Найдете ли вас до этот поры что-нибудь такое для земле? - произнесла Сказка-королева, обращаясь для своему гостю.

Но здесь по новой худенькая шариковая ручка Правды бегло сорвала покров не без; очи и... И целое исчезло во сам миг, а разгневанная королева, гость-жених равным образом царевна Правда очутились на лесной чаще у входа на запор Сказки-королевы.

Снова улыбнулся король-незнакомец, равным образом паки показалось матери да дочери, что такое? наглазник от его гляделки сползла до этих пор немного.

Бросила Сказка грозный взор получай Правду-королевну и, наскоком прикрыв ее рожа покрывалом, вторично повела собственный рассказ.

Опять полились дивные, певучие звуки Сказки, равным образом подо эту музыку, чарующую равно сладкую, ожил лес. Огромные сторожевые дубы превратились во рыцарей-великанов, гибкие тополя - во лесных нимф, древесные пни - на карликов-гномов, дары флоры - во нарядных красавчиков эльфов. Светляки зажглись во кустах, равным образом огульно лесище осветился. Сверчки затрещали во траве, а певцы соловьи слетелись для замку Сказки-королевы равным образом засвистели-запели такую красивую, такую упоительную песню, зачем самоё гений чистой красоты Сказка, однако до нынешний поры отнюдь не переставая рассказывать, закружилась перед эту музыку в соответствии с огромной, с выражением освещенной зале дворца. За нею закружились великаны равным образом нимфы, эльфы да карлики. Все заплясало.

Ночные дары флоры раскрыли близкие глазки да из жадным любопытством смотрели получай чарующий бал.

- Вот видите, король, в качестве кого до этого времени славно равным образом просветленно на моем царстве, - произнесла от гордостью Сказка, опять обращаясь для своему гостю, - посмотрите, что веселятся мои подданные, во вкусе они по всем статьям довольны! И как долго могучих великанов, лесных карлов равным образом воздушных эльфов подвластны мне!

Но едва-едва только лишь успела произнести сие Сказка-королева, наравне Правда опять двадцать пять сорвала со бельма покрывало, равным образом на одну подождите превратились великаны рыцари на исполинов дубов, карлы - во лесные пни, нимфы - во стройные тополя, а эльфы - во простые цветы. Разом опустел разукрашенный зал, потухли огни светляков, замолкли певцы соловьи. Все исчезло, скрылось, чисто нисколько да неграмотный было. Пропала исчезла да набрюшник не без; отверстие короля. Он стоял в настоящий момент прежде Правдой-королевной равным образом ее матерью изумительный по всем статьям блеске своей красоты. Темные лупилки его вместе с любовью остановились получай худом, некрасивом личике Правды, получай ее безысходно горящих глазах.

- Милая, милая Правда-королевна! - произнес возлюбленный ласковым, нежным голосом. - Давно ваш покорный слуга тебя знаю, издревле ищу тебя соответственно всему свету! И видишь только лишь в настоящее время сделал тебя к концу да сейчас никак не покину, увезу не без; собою. Не поле тебе здесь, Правда. Я увезу тебя совсем на большое людское царство; твоя милость подружишься после этого из людьми, окружишь их своими заботами равным образом ласками, равно человек станут добрее кризис миновал ото близости для Правде-королевне.

И единаче ласковее, пока что нежнее загорелся безрадостный взор короля. И странно: нежели более смотрел симпатия бери свою невесту, тем самое лучшее равным образом скорее становилось некрасивое личико Правды, а рано или поздно дьявол взял ее за руку равным образом подвел ко своей колеснице, с намерением на веки веков увезти отселе Правду, Сказка неграмотный узнала дочери: мрачные бельма ее сияли чудным светом, равно любовный румянец счастья преобразил совершенно ее ожившие черты. И стала ёбаный красавицей Правда, почто Сказка-королева накануне ней со всей своей красотой померкла, потускнела.

- Кто ты, хороший король? - прошептала Правда, простившись не без; матерью да заняв простор недалече жениха во его колеснице.

- Я монарх Справедливости равно Правосудия, - звучно да членораздельно произнес князь и, наклонившись, поцеловал Правду. Мне одному минус Правды пробывать немыслимо. Без нее неграмотный могу моя особа одинокий проверять моим царством. Мы не без; ней должны фигурировать неразлучны равно отбывать службу людям, да распоряжаться ими на одно да ведь а время! Едем же, едем ко ним, на далекое людское царство!

Сказал, равно взвились держи воздушное пространство быстрые кони. Взвились равным образом умчали колесницу от припеваючи Справедливости равным образом Правосудия равным образом королевной Правдой.

А Сказка-королева на своем лесу осталась околдовывать своими рассказами зверей, птиц, гадов равным образом насекомых. Теперь ее чарам никак не помешает проказница-дочка. Не невдалеке она. В далекое светлое людское круг умчали ее конюшня короля-жениха.

Три слезинки королевны

Жил держи свете король. У него был пышный дворец. И каких лишь только богатств малограмотный было на этом дворце! Золото, серебро, кристалл равно бронза, драгоценные камни - постоянно дозволяется было выискать не без; излишком на нарядных да роскошных горницах королевского дворца. Красивые мальчики-пажи, схожие в нарядных кукол, тихонько скользили за комнатам, устланным коврами, равным образом отнюдь не спускали зеницы не без; короля, желая предотвратить его малейшее желание.

Король был безграмотный один: у него была жена-королева, кроткая равно нежная, со добрыми глазами, прекрасными, равно как юпитер во часы заката.

Король проводил до этого времени свое эпоха во войнах из неприятелями. Когда ото возвращался домой, хорошуха короличка одевала близкие сливки одежды равно не без; лютней на руках встречала своего супруга, воспевая его славное смелость равно стойкую неустрашимость на битвах не без; врагом.

Но ни удачные походы, ни страстишка кроткой равным образом красивой королевы, ни несчетные сокровища, ни обожание подданных далеко не радовали короля. С его лица вовеки почти не отнюдь не сходило печальное, унылое выражение. Постоянное грусть угнетало короля равным образом его молодую супругу.

У королевской четы безвыгодный было детей. И когда-когда государь думал относительно том, который некому короче ему отбросить ни своего славного имени, ни завоеванных земель, ни бессчетных богатств, невольные рыдания выступали получи и распишись мужественных глазах короля, равно дьявол выпивши был чувствовать зависть последнему бедняку страны, у которого были дети.

После военных подвигов да побед по-над врагами кайзер ездил по мнению монастырям, делал богатые вклады, прося святых отцов читать молитву Богу что до даровании ему ребенка.

В мирное момент царь со своим двором переселялся с мрачной столицы во прелестную долину благоухающих роз, посредь которой ради короля был построен благопристойный охотницкий домик, идеже возлюбленный да проводил до сей времени домашние досуги. Часто гуляя по мнению долине, наполненной душистыми цветами, королевская чета, восхищенная чудным видом природы, обращала взоры для голубому небу равно во горячей молитве просила Бога об даровании им ребенка. И прошение их была услышана.

Однажды, умереть и безвыгодный встать промежуток времени одной изо таких прогулок, кайзер да царица увидели женщину, закутанную во черное. Она шла насупротив королевской чете, еле-еле насчет ногами земли, легкая да спокойная

- Мое наименование Судьба, - сказала женщина, приближаясь ко королю да королеве, - автор пришла огласить вас великую радость. Ваша молитвословие услышана Богом, равно Он пошлет вы дочь-королевну, которая хорэ отнюдь не всего-навсего вашим утешением, а равным образом светлым лучом равным образом радостью целого королевства. Она хорэ прекрасна, что цветок, равным образом добра, во вкусе ангел. Но берегите королевну, ради симпатия далеко не узнала, ась? такое горе, что такое? такое кручина равным образом грусть, да чтоб никогда-никогда отнюдь не пришлось ей пролить в соответствии с поводу чьего-либо несчастья не ведь — не то горя побольше двух слез. Не предоставьте вытечь паче двух слезинок изо прекрасных око королевны, благодаря этому что, в качестве кого всего только возлюбленная прольет третью слезу, заключение вашей радости, вашему утешению: безграмотный хорошенького понемножку у вы в большинстве случаев королевны, вас потеряете ее.

Сказав сии загадочные слова, странная девица исчезла, пунктуально растворилась на воздухе.

Король равным образом царица заплакали ото счастья. Одна с королевских слез упала на голубую незабудку, да - о, чудо! - с цветка поднялась прелестная крошечная девчура со голубыми глазами, в духе двум лекарство воды похожая нате короля. О эдакий хорошенькой королевне да мечтала королевская чета.

Они раскрыли ей встречу приманка объятия. Королевна бросилась во них, рьяно отвечая возьми ласки родителей, в точности симпатия давнёшенько еще знала равно любила их.

Красавицу королевну назвали Желанной, вследствие чего что-нибудь батя да матушка эдак растянуто желали пользоваться дочь, равным образом на потерять честь ее поднялось шумное ликованье по мнению всему королевству. Народ толпой повалил для королевскому дворцу, дабы глянуть как например одним глазком во голубые очеса королевны Желанной.

С каждым среди бела дня росла да хорошела королевна. Отец-король, помня болтология Судьбы, позаботился насчёт том, дабы дитя малограмотный увидала людского горя, в надежде возлюбленная была издревле веселая, довольная, счастливая да наперекор приказал отстроить для того нее изысканный дворец, вполне розовый, равно как самый мягкий отлив утренней зари, равным образом благоухающий, по образу те цветы, зачем росли по части соседству не без; ним на долине. Стены, потолки, двери закачаешься дворце - постоянно было окрашенно во светлый цвет. Окна а дворца были вплотную завешены розовыми занавесками, равно чрез сии занавески королевична видела всё-таки во светлом розовом цвете: равным образом лес, равно долину, равно далекую столицу, виднеющуюся сверху горизонте. Все было радужно равно прекрасно, ни одна тенечек невыгодный ложилась в этом розовом фоне. Даже бедные лачуги крестьян по причине розовым занавескам у окон казались нарядными да красивыми.

Розовый колорит - сие цветок радости да счастья; оттого-то царь равно постарался, воеже Желанная была окружена только лишь сим цветом, видела всегда на розовом цвете. Другие цвета могли сработать сверху ее светлое настроение, могли свершить ее задумчивой равно грустной, а грусти королевны боялись боле сумме ее родители.

И многочисленная свита, состоящая изо маленьких придворных дам, веселых да жизнерадостных, да кудрявых шалунов пажей, соответственно приказанию короля следила за тем, воеже царевна безвыгодный отдернула способом розовых занавесок.

Заметила королевна, ась? ото нее вещь тщательно скрывают, равным образом явилось у нее горячка определить кайфовый который бы в таком случае ни стало, что такое? находится там, за розовою занавескою, за стенами замка.

Однажды царевна Желанная проснулась до тех пор обыкновенного. Маленькие фрейлины, спавшие у ее постели, неграмотный слышали, в качестве кого выбежала королевична изо своей розовой спальни, пробежала всеобщий шпалеры розовых зал, выбежала в розовую террасу, толкнула розовую дверь, ведущую на сад, равно исчез беловато-розовый цвет... Перед королевной Желанной невежда день, дождливое небо, сад, согласно правилам нахохлившийся через непогоды, да старые убогие лачужки в некотором расстоянии у опушки большого, темного леса. В саду есть расчет женщина, старая, болезненная, на лохмотьях, не без; седыми космами волос, нужно равно смотрит сверху королевну Желанную.

Очень поразила королевну равным образом каста мрачная обстановка, равным образом сия бабушка женщина, при всем том симпатия подошла для старухе равно сказала:

- Здравствуй, бабушка! Кто ты? Как твое имя?

- Меня зовут Жизнь! - отвечала старуха, нетерпимо взглянув нате хорошенькую королевну.

- Ах, неправда! - мажорно вскричала королевна. - Неправда, что-нибудь тебя зовут Жизнь. Ты старуха равно безобразная, а моя мама-королева рассказывала мне, что такое? житьё-бытьё юная, розовая да прекрасная, такая но прекрасная, вроде я. Но кто именно бы твоя милость ни была, старушка, твоя милость жадюга бессчётно да знаешь, приходится быть, все. Скажи но мне, отчего получается против всякого чаяния круглым счетом серо, неприветливо да противно кругом?

- Королевна! - произнесла бабусенька Жизнь. - Все было ввек эдак серо, неприглядно да печально. Только твоя милость неграмотный могла видать этого, отчего аюшки? вследствие розовые занавески, повешенные у твоих окон, по сию пору казалось тебе светлым, розовым равным образом прекрасным. Ты невыгодный знаешь жизни, неграмотный знаешь людских горестей равным образом страданий да растешь веселой да беспечной принцессой, благодаря тому что почто отнюдь не вишь горя округ себя.

- Но пишущий эти строки хочу наблюдать горе, хочу смотреть несчастных, с тем предпринять их счастливыми, ваш покорный слуга хочу благоприятствовать во всем людям, кто такой нуждается во помощи! - вскричала королевна.

- Тогда упроси твоих родителей совлечь розовые занавески вместе с окон! - произнесла старик Жизнь.

- Да, да! Я упрошу их! - вскричала королевична равно побежала на запор раскапывать родителей.

Ее матушка встретилась ей бери пороге замка. Королева была до безумия напугана исчезновением дочери. Пажи да придворные дамы трепетали за свою участь. Они знали, что такое? их постигнет строгое штраф за то, что-нибудь они упустили с виду свою юную госпожу.

А рано или поздно королевична высказала матери свою просьбу, последняя обмерла ото ужаса да от плачем созналась дочери во том, сколько тщательно скрывала с королевны.

- Ты умрешь, милая Желанная моя, - рыдала королева, - в качестве кого исключительно выкатятся у тебя три слезинки изо глаз. Ты никак не сможешь познать людских страданий да горестей, твоя милость заплачешь, равно если на то пошло я потеряем тебя, такую прекрасную, юную равным образом любимую.

Задумалась возьми минута Желанная. И против всякого чаяния тряхнула белокурой головкой равным образом светло-светло улыбнулась матери.

- Мама, - произнес ласково да приветливо ее дорогой голос, - вели сдернуть розовые занавески со окон, прикажи вольно освобождать меня с замка ко людям, с тем автор этих строк могла быть свидетелем их кручина да хныканье равно благоприятствовать им. Не бойся, в чем дело? автор этих строк умру, мама. Теперь аз многогрешный видела Жизнь, узнала, какая симпатия старая, сердитая, мрачная равным образом суровая, равно хочу, как могу, произвести ее улыбающейся да приветливой чтобы несчастных людей. А разве твоя милость безграмотный пустишь меня, мама, ваш покорный слуга постоянно эквивалентно зачахну здесь, во этом розовом замке, равным образом умру не без; тоски.

Выслушала спич дочери короличка равно прошептала втихомолку да покорно:

- Будь по-твоему, дочка.



Теперь, нет-нет да и твоя милость ранее вышла за розовую дверь, безрезультативно недосказывать через тебя то, аюшки? твоя милость самоё увидала.

И царевна Желанная получила свободу.


* * *


Расцвела, ожила, снова больше похорошела королевна. Теперь поуже бледновато-розовый замочек да королевские сокровища, веселая хвост маленьких придворных дам равно пажей равно их радостные зрелище - всегда сие уж отнюдь не забавляет Желанную. Одетая во простенькое платьице убогой крестьянки, со распущенными, раздуваемыми ветром кудрями, симпатия бегает соответственно цветочной долине, разговаривая от птицами равным образом цветами, понимая глас трав равно былинок, глотая ночную росу из голубых сердцевин незабудок. Она заходит во бедные крестьянские лачуги, равно несравненно они ступят ее маленькие ножки, после этого хоть где воцаряется радость, гедония равно счастье. Всех бедняков наделяет королевична деньгами, согревает ласковым взором равным образом добрым обхождением. Довольно одного лучистого взгляда Желанной, с намерением народище забывали близкие болезни, немощи равным образом страдания. Не было бедняка на королевстве, который-нибудь бы далеко не благословлял маленькой королевны. Слава в отношении ней, что до ее доброте разошлась по мнению всей стране, равным образом постоянно несчастные стремились ко Желанной, с намерением раскопать утешение равно поддержка у королевны.

Король по старинке воевал не без; соседними народами, в надежде дополнить домашние владения равным образом покинуть дочери огромное наследство, а мать-королева бережливо охраняла Желанную через всего, ась? могло произвести ей страдание, равно во все глаза присматривалась ко ней, боясь различить как например бы символ получай слезу во ее лучистых, голубых глазках.


* * *


- Мама, - сказала недавно королевна, возвратясь от обычной прогулки, - мама, ваш покорный слуга слышала крик во соседней роще; кто-нибудь заливался затем с закидонами серебристой трелью. Кто это, мама?

Едва исключительно успела продекламировать сие королевна, равно как сто рублей гонцов была разослана по части роще со приказанием снести кайфовый палаццо таинственного певца.

И мутриб был доставлен. Это оказался солист - маленькая, серенькая птичка, невзрачная сверху вид, хотя владевшая невыразимо чудным голосом. Ее посадили во золотую клетку, идеже соловушка обязан был выводить голосом песни. Но соловушка молчал. Он никак не умел напевать на неволе. Только вечером, задним числом заката солнца, когда-никогда ко клетке его подлетела другая такая но стопка птичка, обе они залились чудесной песнью.

В этой песне слышалась смертельная тоска, грусть-тоска соответственно зеленому лесу да утраченной свободе равно прошение получай людей, получи их кровожадность равно мольба, слезная предсмертная призыв об освобождении пернатого узника. Обе птички с убитым видом равно жалостно плакали, заливаясь печальной песнею. И королевна, целое срок находившаяся в одном ряду клетки, поняла жалобу птичек. Поняла равно побежала ко матери, упрашивая ее опустить соловья возьми свободу. Соловья выпустили, хотя изо голубого глазка королевны Желанной выкатилась слезинка, чистая равным образом блестящая, как бы горноразведочный алмаз.

В оный а встреча таинственная дева Судьба явилась ко королевской чете равным образом произнесла грустненько да сурово:

- Помните, в чем дело? ваша дочурка пролила первую слезу.

Сказав это, таинственная девица исчезла.


* * *


Еще хлеще стали хлеб-соль королевской четы об их дочке. Eще паче нежными ласками осыпали они королевну. Вскоре oна забыла оборона бездолье маленькой птички равно сызнова стала стремиться соответственно цветочной долине да зеленому лесу, опять-таки стала забегать во крестьянские лачуги, выкушивать людские драгоценности равно материализовывать их просьбы.

Как-то раз, гуляя сообразно опушке леса, королевична была поражена непривычными пользу кого нее звуками токосъемник равно бряцанием оружия. Вдали напрямую визави для ней, неслась многочисленная групповуха рыцарей равным образом дам верхом. Они за кем-то гнались. В ту но побудьте здесь из-под ног самой королевны, изо высокой травы, выскочил ничтожный сильно устрашенный погоней зайчик.

Он остановился на двух шагах ото королевны, прижал длинные дрожащие ушки для спине и, поводя повсеместно круглыми, тоскливыми глазками, ждал, казалось, чего-то.

Пиф-паф! - раздался выстрел, равно беленький зайчишка не без; окровавленной мордочкой распростерся у самых ног королевны.

Желанная схватила держи обрезки трепетавшего до этого времени зайчика, прижала его для маркоташки да закричала, бросившись против охотникам равно их дамам:

- О, злые, злые люди! Что вы есть дурного настоящий бедный, безобидный зверек? Зачем вас его убили?

При сих словах вторая алмазная слезинка выкатилась изо голубых глаза Желанной равно повисла в ее темных ресницах.

В оный но вечерок таинственная Судьба снова-здорово появилась умереть и безграмотный встать дворце равным образом сообщила королю да королеве относительно следующий слезинке, пролитой их дочерью.

Прошло бог не обидел времени. Королевна Желанная выросла да превратилась во прекрасную молодую девушку-невесту - кичливость равно красу целого королевства. Ее отец-король продолжал домашние войны, расширяя владения своей страны во имущество дочери. Одна изо таких войн тянулась особенно долго. Победа досталась из большим трудом, хотя сие была лучшая с побед короля. Он пригнал бессчётно пленных равным образом привез богатую добычу, отбитую у неприятеля.

Пленных поместили подальше ото дворца, так чтобы перезвон их оков равным образом цепей безграмотный достиг на скорую руку по ушей королевны.

Однажды, на будень возвращения отца изо нового похода, царевна Желанная, сделано взрослая шестнадцатилетняя девушка, вышла его встречать, окруженная толпою придворных дам.

На всех были праздничные белые одежды. Победные венки украшали их головы. Эти венки девушки должны были закинуть лещадь бежим короля-победителя. В руках Желанной была златострунная чонгури ее матери, звуками которой деваха приготовилась свидетельствовать свое почтение отца.

И неожиданно для ногам королевны бросилась Бог известие отколь появившаяся, женщина, взволнованная, дрожащая равным образом худая, что скелет.

Она кричала страшным, диким голосом:

- Королевна, выслушай меня! Королевна, твоя милость наслаждаешься жизнью. Ты ешь получи и распишись золотых блюдах да носишь плис да парчу. Сотни внимательных прислужниц ловят и оный и другой твой взгляд, каждое твое слово. Кругом тебя несчетные сокровища равно безумная роскошь. А знаешь ли ты, как бы добыто безвыездно это? Тысячи людей умирали на бою, так чтобы вырубить тебе постоянно сии богатства. Другие работали на поте лица, с намерением раскошеливаться уступка твоему отцу - победителю, кой беспощадно разоряет чужие владенья да убивает людей, дабы сосредоточить вроде дозволено сильнее сокровища тебе, королевна. Но сие снова далеко не все. Ты поешь песни равным образом бегаешь, счастливая да радостная, в области долине, а тысячи пленников томятся во душных тюрьмах да подземельях. Между ними мои сын. Он мужествен равным образом храбр, наравне горноравнинный орел, равным образом любит, во вкусе равно ты, свободу. Но твой священник приказал сковать его на рабство в силу того что только, что-нибудь спирт защищался навстречу ваших воинов, на правах отважный равно смелый вождь. Я пришла семо изо заморский страны, изо чужого королевства, пришла сюда, старуха мать, разжалобить тебя избавить мой сына. Спаси его, королевна, равно пишущий эти строки всю долгоденствие буду благодарить тебя за это.

И девушка зарыдала, обняв колени королевны Желанной. Что-то страшное, безысходное равно тяжелое, на правах смерть, зазвучало во ее рыдании.

Королевна наклонилась, обняла несчастную, хотела говорить что-то, равно неожиданно третья слезинка выкатилась с лазурного глазка упала возьми склоненную голову рыдающей матери пленника.

Пошатнулась королевна. Смертельная невыразительность покрыла ее красота

лицо. Девушки-прислужницы подхватили ее.

В ту но секунду послышались победные клики, звяканье оружия да сам по себе кайзер показался закачаешься главе войска. Увидя смятенность во толпе девушек, дьявол дал шпоры коню да подскакал для толпе.

Королевна лежала получи руках служанок. Ее во всю ширь растворенный глаза был поднят для короля. Он выражал мольбу равно крест за тех, кого убивали, за тех, кто такой томился во тюрьмах равным образом подземельях. Потом лучащийся взор затуманился, померк, угаснул... Голубые глазки закрылись, равно вместе с тихим вздохом улетела прекрасная, светлая дух королевны.

А на сие самое пора нет слов хоромы ко королеве пришла закутанная во черное таинственная отроковица да хмурно сказала:

- Королевна пролила третью слезинку. То, что-нибудь необходимо было свершиться, свершилось. Королева, у тебя пропал чище дочки...
* * *
Умерла королевна, однако далеко не умерла мнемозина касательно ней. Король прекратил войны равным образом набеги, распустил войска, открыл тюрьмы равным образом подземелья равно выпустил бери волю измученных узников, да целое сие есть на кэш своей дочери Желанной. В эйдетизм ее но микадо занялся другим, светлым делом. Он кормит всех бедных равно голодных страны. Сирые да бездомные, до этого времени находят сень во королевском дворце. Милосердие да подлунная воцарились во стране.

Дуль-Дуль, самодержец лишенный чего сердца

На опушке леса, возле лунном свете, три добрые волшебницы собрались рядом незначительный каменной урны. Месяц в таком случае скрывался за тучу, так снова-здорово выплывал, равным образом тем временем бледные лица добрых волшебниц становились прозрачными, а растительность их сияли серебряным светом.

Первая чаровательница вынула по причине пазухи целую не бог знает сколько розовых лепестков и, бросив их во урну, сказала:

- Завтра надо уродиться королевское дитя. Пусть оно довольно этак но прекрасно, по образу роза, да черт из ним всё-таки любуются им равно дивятся его красоте.

Потом возлюбленная амором отбежала ото урны равным образом стала виться на воздухе. Светляки зажглись на траве, освещая ее пляску, а солист запел с чащи такую дивную песню, какую воспрещается подслушать пусть даже во самом королевском дворце.

Тогда подошла ко урне вторая волшебница. В руке симпатия держала какую-то длинную серебряную нить.

- Вот пух со головы мудрого волшебника Гая, - сказала она, бросая шерстка на урну. - Я взяла у него сей волос, в эту пору симпатия спал, с намерением подать его королевскому дитяти. Благодаря этому волосу малолеток хорошенького понемножку мудрым, равно как самолично Гай. Ведь другого такого мудреца, наравне Гай, неграмотный не кошелек от деньгами во мире, да весь круг его вихор - сие драгоценность мудрости.

- Торопись, сестра, - произнесла третья волшебница, - а ведь проснется Гай, отнимет шерсть и, зачем доброго, прогонит нас, где-то почто моя особа далеко не успею накласть во урну душа голубки, которое необходимо выработать добрым да кротким будущего королевича.

Едва всего третья кудесница успела бросить последнее слово, равно как закачался, загудел лес, равным образом чаровник Гай, получеловек, получудовище не без; огненными глазами да всклокоченными, торчмя стоящими волосами, появился верхами бери диком вепре.

- Кто украл вместе с моей головы волос? - завопил возлюбленный страшным голосом, ото которого рокот уходите за лесу.

Но вихор дружно из лепестками розы поуже был во урне, равным образом оттоле с грехом пополам заметной лазуревый струёй подымался дымок.

При виде сего Гай схватился за голову да испустил свежий рев, страшнее первого. Он понял, аюшки? ему никакою силою никак не извлечь поуже с урны волоса.

Испуганные волшебницы метнулись во сторону, а та, у которой было во руке предназначенное на королевского дитяти голубиное сердце, уронила его нате землю.

В оный а момент Гай подхватил внутренность да погнал своего вепря инверсно во лес, испуская громкие торжествующие крики.

А три добрые волшебницы, очнувшись с страха, заново очутились у урны.

Теперь они плакали. Плакали касательно том, в чем дело? будущие времена крошка короче располагать красоту да ум, хотя безвыгодный полноте иметь отличительной чертой сердцем.

Маленький королевич родится кроме сердца.

И хныканье волшебниц падали во урну...

Скоро бирюзовый огонек погас, да старшая с волшебниц, взяв частный чародейный жезл, стала тормозить во урне, вполголоса напевая через слезы.

Ее сестры вторили ей.

Когда песнь была кончена, всё-таки трое взглянули на урну.

На дне ее лежал мини мальчик, хороший в духе ангел. Они взяли его с урны, унесли во щедрый валгалла да положили во роскошную колыбельку, сейчас издавна приготовленную пользу кого маленького королевича, рождения которого ожидали со дня бери день.


* * *


Король возвращался вместе с войны, возвращался победителем. День был лучезарный равно яркий, да горячее весеннее паргелий играло возьми щитах, копьях равно бронях воинов, окружавших короля.

За королевским войском шли, связанные в области рукам равным образом по части ногам, пленники, со потупленными глазами, зверски исхудалые, окровавленные; они со стойким мужеством ждали своей участи.

Подле короля шел солдат. Самый обыкновенный, самый безыскуственный солдат. И наименование у него было самое простое. Его звали Иваном. На нем была пробитая пулями шинель, а помощью хмырь шел немалый зарубка через неприятельской шашки.

Все встречные сверху пути короля со удивлением поглядывали возьми серого солдата равно спрашивали, с какой радости возлюбленный согласен вблизи со королем. Простой, невежда солдат, да дождался ёбаный почести! Тогда с рядов войска послышались голоса:

- Это безвыгодный беспритязательный солдат. Это герой. Он указал королю путь, по образу ближе откопать враждебный лагерь, дьявол остановил войско, в отдельных случаях оно бросилось на бегство, да некто но защитил своей грудью самого короля, если неприятельская клинок направилась нате него. Король отнюдь не может запамятовать сего да считает солдата Ивана своим лучшим другом да слугою.

И народ, услыша это, стал романтично свидетельствовать свое почтение солдата вровень от королем.

Крики звучали постоянно слышнее равным образом слышнее. Целый накрапывает цветов сыпался получи и распишись победителей. Красивейшие девушки города на белых, воздушных одеждах усыпали розами победный стезя короля.

Таким образом, победители дошли накануне королевского дворца.

Король поднял голову для окна во надежде вкусить на одном с них свою любимую жену-королеву.

Но на смену прелестного личика королевы с окна выглянуло вчерашний день лик седого монаха, который-нибудь сказал:

- Приготовься, король, почуять двум новости: одну печальную, другую радостную. Бог дал тебе сына, а твоя супруга-королева скончалась получи утренней заре.

Король до чертиков вскрикнул, схватился за внутренность и... умер.

Он что-то около да неграмотный увидел ни своей мертвой жены, ни новорожденного сына.

В народе равно во войске поднялся крик да стенания: монарх был добр, мудр, храбр, равно все владение любила его.

Потом, когда-когда ранний подрыв горя прошел, люди собрался держи площади у дворца равным образом стал решать, сколько делать.

Долго спорили равным образом кричали - аж три дня да три ночи. И в отдельных случаях охрипли настолько, что-то еще безграмотный могли говорить, так решили:

- Король равным образом царица умерли, королевич во пеленках, благодаря тому следует удосужиться другого короля давно тех пор, сей поры именинник королевич Дуль-Дуль подрастет да на состоянии бросьте сам по себе распоряжаться королевством. А где-то в качестве кого боец Иванка спаситель страну, отряд да короля ото гибели, так положим некто равным образом довольно королем.

Так решил народ.

Пошли выкапывать Ивана, в надежде возвестить ему радостную весть, равным образом нашли его у колыбели принца.

- Ты избран королем! - сказали они ему.

- Нет, - сказал он, - богато ми неграмотный быть. Я останусь солдатом, чтоб принести в дар всю мою проживание нате услужение королевичу Дуль-Дулю. Как служил его отцу, что-то около стану равно ему служить. Воспитаю, что умею, принца, научу его фигурировать таким но смелым, умным равным образом добрым, каким был неподвижный король...

- Но во таком случае выбери себя какое-нибудь звание, которое доставило бы тебе шик равно обязывало всех придавать значение чему тебя, - обратились посланные ото народа ко Ивану.

Но оный ещё раз покачал головою.

- Не надлежит ми ни богатства, ни почестей. Зачем солдату богатство? А почести? Для меня первая считай услуживать верой равным образом правдой королевскому дитяти! Ступайте, братики мои, вспять равно скажите народу: пусть себе выбирает себя другого короля, кризис миновал правда поумнее, а ми на награду оставит одно: санкционирование ни в жизнь отнюдь не отрываться не без; королевичем.

Посланные ушли, пожимая плечами, а приман Иванюха в который раз склонился надо детской колыбелькой.


* * *


Прошло шестнадцать лет. Королевич вырос равно стал королем. Ах, почто сие был за король! Красивее его отнюдь не было юноши изумительный всей стране. Вы видели лесную незабудку бери краю болота? Ну вот, такие верно двум голубые прекрасные незабудки были тараньки короля.

А кровавый колорит мака приходилось вы встречаться в центре садовой куртины (куртина - обложенная дерном ряд чтобы цветов да других растений)?

Ну вот, такими но лепестками мака казались пурпуровые королевские уста. Белизна его лица напоминала лилию, а румянец - бездумный отлив утренней зари. Волосы у юного короля были такие Золотистые, что, нет-нет да и возлюбленный снимал кровный берет, вельветовый верховный убор, казалось, солнечное игра окружало его голову.

Но ни один человек малограмотный видал юного короля. До шестнадцати планирование его прятали через народа (таков ужак был начало праздник страны). Боялись, в надежде опасный волхв Гай безвыгодный испортил небрежно прелести Дуль-Дуля. Водан только лишь москаль милость Божия находился близко королевича равно служил ему будень да ночка неустанно.

Учителям, которых приглашали втемяшивать Дуль-Дуля книжной премудрости, безвыгодный пришлось воспитывать его, вследствие чего зачем властелин был так мудр по причине одному волосу Гая, зачем его нечему было учить.

Когда королевичу исполнилось 06 лет, шпрот Ивася клочок земли в его кольца золотую корону да вывел его ко народу. Это был удивительный зимний день. Солнце играло для небе, да золотые локоны молодого короля сияли, равно как солнце.

И народ, тесня союзник друга, указывал для Дуль-Дуля равным образом шептал на восторге:

- Отныне у нас неудовлетворительно солнца: одно - нате небе, другое - получи крыльце дворца.

Белый снег, покрывавший землю, согласно правилам потемнел с зависти быть виде прелестно белого личика Дуль-Дуля. А алые розы, которые белокурые красавицы девушки бросали лещадь айда молодому королю, заплакали с зависти присутствие виде нежных, алых уст красивого юноши.

Но восторгу народа никак не было конца, рано или поздно Дуль-Дуль обратился для нему вместе с приветствием. Ни одиночный микадо во мире далеко не сумел бы говорить такую речь! В ней сказался целый изящный ум, весь дианойя молодого короля.

- Да здравствует свой умный писаный красавец король! - кричал народ. - Если симпатия этак а добр равно кроток, на правах умен равно красив, ведь равно свой жители - самый благодатный племя на мире!

Едва всего только замолкли восторженные крики, равно как их заменили вопли отчаяния равно муки. Через реку, протекавшую подо самым крыльцом королевского дворца, был перекинут мост. Народ, желая ближе налюбоваться красавцем королем, бросился в оный мост, давя равным образом толкая побратанец друга. Каждому желательно поглядеть вблизи во красивое рожа короля.

Вдруг послышался черный треск. Мост невыгодный выдержал напора толпы равным образом рухнул на воду. А совокупно со мостом упали во воду да тысячи людей, толпившихся получи и распишись мосту.

- Король! Король! Спаси нас! - кричали люди. - Cпаси нас, проницательный король!

Но князь стоял оцепенело для крыльце своего дворца и... улыбался.

Голубые незабудки, шары короля, безвыгодный выражали ни ужаса, ни печали. Они были веселы, по-ребячьи безоблачны, прозрачны. Они смеялись.

Тогда новое упадок духа охватило толпу.

- У короля вышел сердца! Наш властелин - бессердечный, бессердечный король! - послышались отчаянные возгласы с толпы тех, которым посчастливилось спастись.

А иллюминаторы короля так же смеялись, вроде ни во нежели безграмотный бывало. Смеялись, глядючи для бездыханные трупы, наводнившие собой реку, смеялись, смотря в самый страх народа. Король аж безвыгодный понимал, казалось, сколько происходило около него, да вместе с тем но веселым потехи ради отправился кайфовый дворец.

Солдат Ивася ушел после того за своим повелителем.

- Король! - произнес возлюбленный мрачно. - За стенами дворца осталось бог не обидел несчастных сирот, детей тех, которые утонули на реке. Не хочешь ли помочь им? Вели раздать поталь беднякам, равно племя хорош поднимать на щит тебя за твою доброту.

- Делай, зачем знаешь, - произнес король. - Ты самый мудрый позже меня да далеко не посоветуешь синь порох дурного. Раздай им золото, всего лишь самое лучшее бы было, разве бы золотые монеты остались у меня в дворце. Я велю разукрасить ими стены мои жилища равным образом буду любоваться, в духе солнечные лучи будут дуться во этом золотом море.

И самодержец рассмеялся обрадованно равно звонко.

У него никак не было сердца, а лишенный чего сердца спирт никак не был способным разгадать того горя, которое переживали сироты...



Народ, узнав по части том, ась? у его красавца короля никак не было сердца, пришел на возмутительно равным образом смятение. Но промеж окружавших короля царедворцев были такие, которые обрадовались этому и, видя, что такое? королю по части душе жестокая расправа, старались попадать ему, доставляя ему всяческие жестокие развлечения равным образом думая сим найти путь к сердцу ему. Король любил душить животных равно неграмотный щадил людей. Однажды прежде его дворцом было повешено впредь до тысячи кошек. В остальной раз в год по обещанию изо певчих птиц дворца были повыдерганы перья, равным образом их пустили порхать из ощипанными, обнаженными телами.

Наконец, потом одной изо побед надо внешними врагами всех пленников королевских сожгли для большом костре посередь площади.

Король стоял держи балконе равным образом смеялся. Вокруг него теснилась целая орава льстивых царедворцев.

- Ты мудр, на правах змий, равным образом прекрасен, в духе солнце! Большего твоя милость безграмотный можешь призывать ото судьбы. Она одарила тебя всеми своими дарами. Ты самый прекрасный, самый светлая голова равно самый гуманный король, что за всего убирать получай свете.

Так говорили они.

И император Дуль-Дуль пискляво поднимал свою красивую голову равным образом спрашивал не без; гордым величием:

- Это правда, в чем дело? ваш покорный слуга самый добрый, самый образцовый равным образом проницательный король?

- Правда! Несомненная правда! - слышались окрест голоса царедворцев. - Правда, правда! Ты самый отменный король!

И снег в голову сам в соответствии с себе визг прозвучал громче, слышнее всех:

- Нет, далеко не правда! Тебе лгут, король! Ты самый мудрый, самый прекрасный, хотя твоя милость равным образом самый бесчеловечный с королей на целом мире.

- Кто посмел бросить сии дерзкие слова? - вскричал монарх да топнул ногою.

- Это сказал я! - произнес боец Иван, выступая хуй самое личико короля.

- Это сказал старослужащий Иван! - зашептали царедворцы. - Солдат Иванюша позволил себя задеть короля, - говорили они.

Иванюха слышал однако сии возгласы равным образом ничтоже сумняшеся ждал своей участи. Его добрые серые ставни дерзостно смотрели по прямой во моська короля.

- Он достоин смертной казни! - вновь зашушукали придворные. - Он оскорбил тебя, король! Казни его!

Дуль-Дуль окинул взором окружающих его царедворцев. Лица всех выражали человеконенавистничество равно вражду. Всем желательно казни Иван, воеже самим взять со бою его поле подле особе короля.

И князь подшофе был претворить в жизнь точки соприкосновения требование.

Он ранее хотел заявить преходящий обвинительное заключение своему воспитателю равно слуге, в качестве кого сверх ожидания вспомнил, почто пустое место невыгодный сумеет состряпать ему нате воробьиная ночь стакана такого вкусного питья, какое умеет заготовлять Иван, ноль без палочки безграмотный сможет что-то около хоть куда спрятать его теплым бархатным одеяльцем, шишка на ровном месте далеко не хорошенького понемножку на состоянии расчесывать eго золотые локоны так, на правах сие делает Иван.

И малограмотный любовь, неграмотный печаль зашевелились во душе Дуль-Дуля быть одной мысли, аюшки? возлюбленный может оказаться рядом пиковом интересе Ивана, а просто-напросто опаска обрести доброго, верного да нужного слугу.

- В видоизмененный единожды счастливо оставаться осторожнее на речах вместе с твоим королем, - проговорил дьявол сурово, обращаясь ко Ивану. - За твою неуважение твоя милость заслуживаешь казни, так автор этих строк невыгодный хочу наказать мои слугу да в текущий единожды прощаю тебя.

Войны сменялись войнами, равным образом постоянно окружные короли проворно признали сила да всемогущество Дуль-Дуля, ибо в чем дело? Дуль-Дуль был мудр да умел принуждать войны.

Водан всего лишь смоляной инфант полудикого народа безвыездно до оный поры продолжал до чрезвычайности сражаться от дружинами короля. Наконец, впоследствии многих битв, темнокожий инфант Аго был побежден. Его взяли на плен, скованного привели во столицу равным образом бросили на тюрьму. Дуль-Дуль, остервененный получи черного принца за его долгое сопротивление, решил вручить его жизни. Он велел народу скопиться от первыми лучами солнца нате градский площади.

- Мы будем купать черного Аго, воеже спирт никак не был таким черным равным образом грязным, - со шутя объявил возлюбленный ближайшим сановникам да тогда а приказал снабдить бери площади внушительный котел от горячей водой, идеже пленник идеал вынужден был фатально свариться.

Солдат Иваша затрепетал через ужаса, услышав подобное заключение своего короля.

Он бросился ко ногам Дуль-Дуля равно стал упрашивать его относительно пощаде.

- Черный Аго ёбаный а человек, в духе да мы, король, - говорил он, - на хренища а твоя милость хочешь подвергнуть его таким лютым мучениям? Он защищался во бою, как бы доблестный вождь. Не губи но его, король! Не убивай его за то, за ась? некто достоин уважения!

- Как твоя милость смеешь громить мое повеление! - закипая гневом, закричал Дуль-Дуль.

- Я во всякое время буду беседовать тебе, король, если твоя милость бываешь несправедливым, - бесконфликтно произнес Иван.

- В таком случае, - произнес со беспечным смеха ради король, - тебе невыгодный придется целую вечность разговаривать, круглым счетом в духе завтрашний день не без; восходом солнца тебя сварят во котле совокупно из черным Аго.

И, сказав это, князь спокойно повернулся спиною ко Ивану да заговорил со своими придворными сановниками, которые неточно льстили да старались возвеличивать жестокое уступка короля.

Они были долго рады, который ефрейтор Ивася неграмотный склифосовский возвышаться в ряду паном да ими, безграмотный хорош сильнее обременять им воздействовать в короля.

Иван, выслушав особенный приговор, остался всецело спокойным. Он далеко не боялся смерти, же ему было без меры экая досада несчастных подданных жестокого, бессердечного короля.

- Бедный король, - говорил Иван, - симпатия далеко не знает своей жестокости, вследствие чего ась? у него блистает своим отсутствием сердца. Во ась? бы так ни таким образом ему надлежит опостынуть сердце! И я, бэу шпрот Иван, достану его ему. У меня остается целая ночь, да во эту воробьиная ночь автор должен, изумительный ась? бы ведь ни стало, учинить добрым равно кротким мой жестокого короля.

Но как бы было смотаться Ивану, при случае получи него надели оковы, заковали ему цепями цыпки равным образом ноги! Это сделали его враги сановники, которые радовались тому в чем дело? магнат напоследок освободится с Ивана равно об эту пору их самих приблизит для себе.

Однако Иванка рискнул поклониться короля.

- Ваше величество, отпусти меня сверху свободу сегодня, а завтрашний день мы буду от восходом солнца получи и распишись площади надеяться своей казни. Я хочу направляться на лес, заключительный единожды налюбоваться природой.

- Не пусть себе его, король, - зашептали Дуль-Дулю окружающие его царедворцы, - симпатия невыгодный вернется, убежит ото казни.

- Нет! - произнес Дуль-Дуль. - Я знаю Ивана - дьявол далеко не обманет меня. Он даст свое честное солдатское термин равным образом вернется.

- Я даю мое честное солдатское слово, король! - ответил Иван.

Тотчас а прислуга объединение приказанию короля сняли со него оковы, да некто почувствовал себя вновь свободным, свободным получай одну Никс с целью того, с целью из жизни во следующее но утро!


* * *


Черный высокоствольник гудел, крутил вихри, свистел вьюгой да пушил снегом, в отдельных случаях фузилер Ивасик подошел для опушке да зычно крикнул:

- Всесильное чудовище, чудодей Гай, явись предо мною!

Заскрипели старые сосны, равным образом нате опушку выехал поверху получи и распишись вепре страшенный чародей.

- Что тебе надо, солдат? Зачем твоя милость пришел грызть меня на такую пору? - крикнул возлюбленный замогильным голосом.

- Ты влиятельный равным образом большой волшебник, - произнес от поклоном саламон Иван, - твоя милость всегда можешь сделать. Ты можешь подать внутренность моему королю! Дай его, Гай, Дуль-Дулю равным образом возьми ото меня, почто всего лишь ни пожелаешь.

Чародей расхохотался таким страшным хохотом, ото которого гук уходи за лесу, да свет затряслась, да пушные звери задрожали через страха на своих берлогах.

- Глупый, безумный солдат! - произнес чародей. - Что автор могу побеждать ото тебя, рано или поздно моя персона самый сильный кудесник на мире равно целое у меня есть? Сердце, предназначенное волшебницами с целью Дуль-Дуля, у меня. Но моя персона его невыгодный отдам что-то около легко. Впрочем, - прибавил Гай, - пишущий эти строки дам тебе сие сердце, если бы твоя милость ми дашь склеивать свое человеческое середыш с твоей груди. Согласен?

- Но тогда купно не без; сердцем моя персона лишусь да жизни? - сказал Иоанн тревожно.

- Ну разумеется. Что а ты? Иль испугался смерти? - вновь расхохотался волшебник.

- Нет, далеко не то, - произнес задумчиво Иван. - Все в одинаковой степени автор этих строк потребно угаснуть получай заре. Дело никак не во этом. Не вечное упокоение страшна мне, а бесчестие. Я дал ответ королю существовать получи месте казни чем свет утром, а кабы твоя милость умертвишь меня, ведь автор этих строк отнюдь не на силах буду унять мои солдатского слова. А сие важный стыд пользу кого солдата да человека.

- Ну, если так, в таком случае твой император останется вне сердца! - произнес Гай со в шутку равным образом повернул вепря, с тем ездить вспять во лесную чащу.

Но тутовник стряслось несколько совершенно неожиданное.

Солдат милость Божия заплакал горькими слезами. Солдат Иван, видевший в срок многочисленных походов, во вкусе лилась экстравазат рекою, боец Иван, убивавший самоуправно врагов отечества, сегодня плакал горькими, неутешными слезами, на правах крошечный ребенок. Ему невообразимо желательно учинить добрым да кротким короля Дуль-Дуля, сделать счастливым его страну, да во ведь а момент некто никак не хотел окутать позором свое честное солдатское слово.

А Гай около виде слез человека пришел на недоумение.

- Что сие такое? В основной единовременно вижу, дай тебе жавель текла с гляделки человека! Мне сие нравится! - сказал он. - Нравится настолько, который ваш покорнейший слуга косой жениться себя сии глаза, умеющие изливать ручьи, равно за принести тебе ретивое голубки, которое твоя милость можешь уступить королю. Отдай ми твои глаза. Вот тебе голубиное душа за них.

И, сказав это, Гай подал Ивану крошечное голубиное сердечко. Солдат схватил его обеими руками равно прижал для своей груди. В ту но повремени Гай вытащил громадный дорожник ради пазухи равно вырезал им плачущие ставни Ивана.

Иоанн ослеп разом. Вместо слез у него потекла сейчас кровища по части лицу, только возлюбленный малограмотный стонал, безграмотный жаловался. С необычайным терпением переносил геройский фузилер страшную боль.

Наскоро остановил спирт снегом рождение в лице равно пустился на попятный трасса на столицу. Теперь ему сейчас не из чего было выделывать на лесу, правда да должно было погоняться во путь, вследствие этого что такое? слепым дьявол надо хорошенького понемножку проникнуть трехкратно длиннее зрячего,

А Гай привесил себя получи груди неуд плачущих штифты Ивана, да - о, диво! - всё пан осветился чудным сиянием. Две великолепные звезды сверкнули в буфера Гая, распространяя светозарные лучи около себя.


* * *


Огромные толпы народа собрались получи и распишись площади. Небо сейчас покрылось алым заревом восхода.

Король Дуль-Дуль на сопровождении многочисленной свиты находился нате площади. Сюда привели равным образом трепещущего через страха черного Аго, закованного по мнению рукам да ногам. Громадный котел стоял промежду площади, обдавая близстоящих густыми клубами пара. Вода устрашающе шипела равным образом клокотала на нем. Королевские челядь - герольды - ездили соответственно площади да объявляли народу, что-то не долго думая совершится каторга двух самых злых преступников, которые осмеливались выйти из воли воли короля.

Только одного с осужденных - Ивана никак не было видно.

- Вот видишь, король, - заговорили вкруг Дуль-Дуля царедворцы, - непроизводительно твоя милость отпустил солдата. Он отнюдь не вернется ко нам. Кому охота вариться на котле, при случае возлюбленный может смотаться во другую страну да находиться в услужении другому королю!

- Нет! Нет! Я хоть куда знаю Ивана: некто неграмотный сделает шиш подобного! - как по писаному произнес Дуль-Дуль. - Он сдержит свое солдатское слово!

- Но ему срок еще подойти! Сейчас взойдет солнце! - малограмотный унимались царедворцы.

И по правилам во свидетельство их слов брызнул всеобщий снопок лучей равным образом свет живо пригрело своим золотым морем равным образом площадь, равным образом котел, равным образом короля не без; его свитой, равно черного Аго.

В ту но одну секунду появился бери площади рядовой Иван. Он шел, едва-едва переступая от лапти держи ногу, вытянув заранее руки, не торопясь равным образом ощупью, наравне ходят по привычке слепые.

- Вот равным образом я, король! - произнес Иван. - Кажется, мы поспел вовремя!

- Да, твоя милость поспел вовремя! - произнес король. - Готовься ко смерти! Но в чем дело? сие вместе с тобою? - прибавил симпатия от недоумением, взглянув в ряшка Ивана. - Где твоя милость потерял близкие глаза?

Сказав это, Дуль-Дуль расхохотался оптимистично да серебристо надо чужим несчастьем, благодаря этому что такое? у Дуль-Дуля далеко не было сердца, равно возлюбленный неграмотный умел да малограмотный был в силах осязать жалости равно боли.

- Я скажу тебе, король, идеже ваш покорный слуга потерял их, - произнес Иван, - только лишь наклонись ко мне, а в таком случае ваш покорный слуга плохо говорю ото брожение умов равно по-другому твоя милость ничто невыгодный услышишь, король!

Дуль-Дуль наклонился ко Ивану.

В ту но секундочку Иваня трепещущими руками рванул дорогой, золотом вышивной камзол короля да коснулся королевской маркоташки голубиным сердцем.

Король Дуль-Дуль громогласно вскрикнул. Смертельная неяркость разлилась согласно его лицу. Он заметался равно упал нате грабки придворных.

Он ощутил во титьки своей несколько новое, сильное, что-то наполнило одновременно страшной болью равным образом счастьем до сей времени его существо.

Часть свиты занялась бесчувственным Дуль-Дулем, а другая подхватила Ивана равно потащила его ко котлу.

- Он хотел порешить короля! Надо его метнуть во котел сию но минуту, а так дьявол погубит всех нас, сей рабский чародей! - кричали они тащили Ивана ко месту казни.

Иванюша был поуже на двух шагах через котла, смотри малость рук подняли его получай воздух, вдруг...

- Остановитесь! Иван, сюда! Ко мне! Мой бедный, слепец Иван! - послышался анемический баритон короля, равно во нераздельно секунда Дуль-Дуль растолкал свиту равно очутился хуй своим слугою.

Его лик было бледно да взволнованно. Глаза проливали слезы, прекрасные равным образом светлые, в духе роса. Он держал руку у сердца, которое билось со невероятной силой.

- Ко мне, Иван! Ко мне!

И Дуль-Дуль кинулся получи соски своего верного слуги, обнимая его шею, целуя его слепые глаза. Потом возлюбленный велел опростать черного принца Аго и, обняв его, во вкусе брата, подарил ему свободу.

Вслед по прошествии времени некто обратился ко народу со словами:

- Друзья мои, пишущий эти строки был жестоким королем! Но вследствие жертве, принесенной ми моим благодетелем Иваном, автор этих строк стал другим. И теперь, муж народ, ваш покорный слуга обещаю отнюдь не лишь только мудро, да да одолжение да молча выправлять тобою!

И монарх Дуль-Дуль грязно поклонился народу. А язык отвечал радостным криком:

- Да здравствует Дуль-Дуль! Да здравствует выше- светлый, превосходный король!

С сего дня Дуль-Дуль невыгодный разлучался не без; Иваном. Но еще отнюдь не Иваша прислуживал королю, а царь солдату. Он всемерно ухаживал за ним равным образом водил слепого до своим огромным палатам, вроде может лишь только благоговейный сыночек предводительствовать своего слепого отца.

Солдат Иваня в который раз занял свое минувшее пространство около короля. Теперь десятая спица сделано никак не завидовал ему. Все знали, какою страшной ценой Иванюша приобрел свое счастье, равно искренно полюбили верного королевского слугу.

Чудесная сноска

Жила во роскошном замке фунфырик принцесса, хорошенькая, нарядная, спокон века на золотых платьях равным образом драгоценных ожерельях.

Ну, словом, настоящая сказочная гений чистой красоты и, во вкусе безвыездно сказочные принцессы, недовольная своей судьбой.

Избаловали маленькую Эзольду (так звали принцессу) напропалую. Баловал отец, баловала мать, баловали взрослые братья да сестры, баловала угодливая свита. Чего ни пожелает инфанта - одним пыхом исполнялось.

- Хочу обладать коня нисколько белого, вместе с черной звездочкой в лбу! - заявила недавно Эзольда равно топнула ножкой.

Топнула ножкой, равно помчались рыцари изумительный по сию пору стороны, да старые равным образом молодые, да знатные равным образом незнатные, да глупые равным образом умные - до этого времени разыскивать белого коня вместе с черною звездою получи и распишись лбу.

По всему свету искали. Наконец нашли. Нашли не без; большим трудом на конюшне одного азиатского хана.

Стали у гаплык упрашивать реализовать лошадь, а некто заупрямился.

- Не отдам задаром лошадь. Конь хороший. Очень благоустроенный конь. Давайте целую конюшню червонцев взамен.

Дали рыцари целую конюшню червонцев, взяли коня, привели ко Эзольде.

А Эзольда равно впялиться нате коня невыгодный хочет.

- Очень нужно ми его! Я еще расхотела. Надо было раньше. А сегодня кошку хочу. Кошку такую, чтоб была весь золотая да пушистая, а штифты - равно как бирюза...

Нечего делать: поехали двадцать рыцарей разыскивать золотую кошку не без; бирюзовыми глазами.

Искали, искали - нигде отнюдь не нашли. Целый годочек искали, да снова время да еще...

Эзольда сделано с девочки на девушку превратилась, а рыцари по сию пору соответственно свету рыскают - ищут кошку с целью принцессы.

Наконец убедились - перевелся экой кошки нате свете. Нечего да искать, коль нет. Потужили, погоревали да возвращаются ни не без; чем, не без; пустыми руками, из вытянутыми носами.

На самой границе государства встречает их хитрая кудесница Урсула. Ехала Урсула поверху получи волке, а зайцы по-над ней узорный навес несли. Увидела рыцарей, лукаво прищурилась равно сказала:

- Эге! Золотую кошку из бирюзовыми глазами я, Урсула, вы дам, пожалуй, всего за сие двадцать планирование вам ми услуживать должны... все, за вычетом одного, некоторый повезет кошку вашей принцессе.

- Согласны, согласны! - вскричали обрадованные рыцари, равным образом девятнадцать с них соответственно жребию остались работать у волшебницы, а двадцатый получил с рук Урсулы золотую кошку не без; бирюзовыми глазами да повез ее Эзольде.

Та по образу вскинула глазами получи кошку, круглым счетом весь да затряслась ото гнева.

- Долго искали. Не хочу значительнее кошку. Раньше хотела, а нынче другого хочу. Хочу звездочку со неба. Самую большую, самую красивую. Вон ту самую, которая нынче приближенно мигает получи небе.

И инфанта показывает пальцем бери яркую звезду.

Пожалел паладин что до своих девятнадцати товарищах, которые ни за что, ни ради что-нибудь должны были двадцать планирование прислуживать волшебнице Урсуле, да отнюдь не сказал ни слова, а лишь только задумался, равно как провести в жизнь новое готовность принцессы. Легко сказать: навязнуть в зубах звезду от неба, а как бы ее достанешь?

Отправился мещанин ко жившим на томище городе мудрецам, спрашивает их совета. Думали, думали мудрецы да решили, аюшки? одиночный сноровка намозолить глаза звездочку - пригородить длинную-длинную лестницу, которой хватило бы вплоть до самого неба, равным образом объединение этой лестнице пес со ним взойдут сильные рыцари, черт от ним ухватятся за звездочку равным образом снесут ее получай землю.

Передал паладин нынешний вече товарищам, равным образом те на сам напев заявили, который готовы помочь рыцарю на его трудном деле. Принялись рыцари сооружать лестницу высокую-высокую. Не едят, никак не пьют, совершенно топорами размахивают. Готова лестница. Поставили. Нет, предварительно неба неграмотный хватает. Принялись ещё раз за дело, пристроили для этой лестнице другую, в дальнейшем третью. Получилась такая высокая лестница, сколько кто именно сверху высшая точка ее взглянет, оный будет опрокинется. Уж аспидски высокого голову приходилось поднимать. Однако полезли смельчаки-рыцари согласно праздник лестнице возьми небо.

Вот они еще у самых облаков. Прямо хуй ними - яркая, блестящая звездочка. Кажется, сейчас дозволяется ее рукой достать. Но насилу рыцари протянули для ней руки, во вкусе сноска наверх уплыла.

Еще приставили лестницу, паки полезли. И заново неудача. Уходит всё-таки ранее равно вне звездочка. А самочки мигает, пунктуально смеется по-над своей погоней.

Выбились с сил рыцари. Слезли по течению равным образом туточки но у лестницы уснули через усталости. А инфанта ждет отнюдь не дождется, когда, наконец, рыцари принесут ей звездочку: так ножками с нетерпения топает, ведь слезами ото злости заливается.

Вдруг во ее горнице таким образом одновременно светло, во вкусе днем, равно чей-то стройный голосишко послышался за плечами.

Оглянулась инфанта равно немножечко никак не вскрикнула: та самая звездочка, которая ей что-то около понравилась да которую попусту старались сыт согласно горло к нее рыцари, слетела из неба равно есть смысл хуй нею.

- Не плачь, Эзольда, отнюдь не плачь, капризная принцесса, - говорит звезда вместе с усмешкой, - слезами невыгодный поможешь. Ты требуешь невозможного.

- Нет околесица невозможного в целях дочери короля! - со гневом вскричала Эзольда. - Меня любят по сию пору подданные мои отца да по собственному побуждению готовы бытие свою положить, в надежде осуществить каждое мое желание. Они достали ми белого коня вместе с черной звездочкой нате лбу, достали золотую кошку не без; бирюзовыми глазами, достанут равно звездочку из неба, да! Да! Они весть любят меня!

- А за зачем они тебя любят, почто твоя милость сделала пользу кого того, дай тебе они тебя любили? Чем заслужила их любовь? - спросила звездочка.

- За который меня любят? - изумилась Эзольда. - Да фактически мы дочка могущественного равным образом богатого короля, ваш покорный слуга принцесса, да меня запрещается безграмотный любить...

- Ха! Ха! Ха! - засмеялась звездочка. - Так, значит, твоя милость заслужила наклонность всего лишь тем, который твоя милость дочурка короля?.. Но сама-то твоя милость сделала как например что-нибудь такое, за сколько тебя был способным бы врезаться народ?

Эзольда задумалась. Она хотела припомнить, что такое? возлюбленная сделала доброго во жизни, равным образом отнюдь не могла шиш припомнить.

- А вот, принцесса, - произнесла минуя некоторое пора звездочка, - ваш покорный слуга покажу тебе, что такое? человек любят невыгодный одних токмо королей да принцесс. Гляди туда, вперед!

Эзольда вперила штифты на темноту сада, раскинутого близ замка. И сразу царский сквер исчез. Вместо него Эзольда увидела городскую площадь. Толпы народа заполняли ее. Посреди площади шел человек, без затей одетый, вместе с посохом на руках. 0a ним бежала масса вместе с громкими восторженными криками. Он скромным-скромнехонько кланялся, отвечая нате приветствия. На пути его попадались весь новые да новые толпы народа. Лица всех обращались для нему вместе с благоговейною любовью. Глаза людей хвалебно устремлялись держи него.

- Кто таковой царь, которого этак яро любит народ? - спросила звездочку Эзольда.

- Ты ошибаешься: невыгодный приам это, а безыскуственный убогий человек, - ответила звездочка. - Но нынешний персона есть путь публиковать книги равным образом сим распространил планета науки середи темных по этих пор, неученых людей. Он принес огромную пользу своей стране, равным образом люди благодарит его за это. Но смотри: пишущий эти строки покажу тебе, за аюшки? уже допускается пристраститься людей, - наскороту прибавила звездочка.

И миром исчезла городская площадь, исчезли равным образом толпы народа равно человек, которому они поклонялись, да прежде изумленными взорами Эзольды выросла огромная зала. Посреди залы было урегулированно возвышение, безвыездно засыпанное цветами. На возвышении стоял человек. Двое других людей венчали его голову лавровым венком. Люди, наполнявшие зал, громкими криками выражали родной упоение человеку во лавровом венке. Многие с них падали получай колени да посылали ему со слезами тысячи благословений.

- Это, подобает быть, могущественный король. Вон какие почести воздают ему люди! - произнесла Эзольда.

- О, нельзя! Не магнат это, - отвечала звездочка, - а врач, некоторый сделал медикаменты лекарничать людей с самых опасных, самых серьезных болезней. И благодарные люди, поняв всю пользу, принесенную им, азартно полюбили своего благодетеля. Но смотри, смотри, Эзольда, пока что смотри! - заключила свою говорок звездочка.

Глянула Эзольда. Где но дворец, зала от возвышением равным образом индивидуальность во лавровом венке? Ничего да Все исчезло. Только длинная, бесконечная шоссе представилась ее глазам.

По дороге ну сколько ж путник. За ним бежит народ. Народ спешит зайти вперед, с тем поглядеть на ряшка путника, воеже заявить ему серия горячих слов любви равно благодарности. И какое количество преданности, почем признательности сияет во обращенных получай него глазах людей!

- Кто это? - спросила звездочку Эзольда, боясь, зачем паки ошибется, коли назовет царем сопровождаемого толпою человека.

- Это давнишний богач, пока что самый жалкий небогатый на стране, - пояснила звездочка. - Он все, почто имел, роздал неимущим: весь денежка равным образом богатства, которые были у него, - всегда вплоть до последнего гроша. И за сие получил самое большое, самое отрадное сокровище: беззаветная народа...

Сказав это, астериск исчезла. Исчез от нею да упоительный мир во комнате Эзольды. А самоё Эзольда бегом уснула, утомленная необычайными впечатлениями.

На другое утро рыцари, фрейлины да конвой собрались у дверей принцессы, ожидая новых приказаний, новых капризов да желаний Эзольды.

Но инфанта ничто невыгодный приказывала...


* * *


- Что но дальше? Разве анекдот поуже окончена? - спросила ваш покорный слуга голубую фею, которая рассказала ми для принцессу Эзольду.

- Что дальше? - ответила она. - Вот что: получи и распишись нижеупомянутый будень гений чистой красоты заявила, что такое? симпатия еще безграмотный желает пользоваться звездочку. Рыцари знали, наравне ахнуть невыгодный успеешь менялись прихоти принцессы, да отрицание далеко не удивились этому. Они стали стоически повременить нового приказания принцессы. Но прошел день, прошел другой, незаинтересованный - Эзольда околесица никак не требовала, околесица безграмотный приказывала.

- Что сотворилось от Эзольдой? - недоумевали рыцари равно свита.

В самом деле, что такое? приключилось вместе с Эзольдой?

безмятежная что верно

Давно сие было.

Зеленели вишневые садочки, нежная травка чуточку пробивалась с земли, весенние фиалки синели на лесной чаще.

Все радовалось, до этого времени ликовало, а на Галиной хате печаль, слезы.

Плакала Галя.

Мать Гали лежала получи убогой кровати бледная, от впалыми щеками равным образом ведь покашливала, ведь втихую стонала.

Приходили старухи, прыскали священный водою во мурло Галиной матери, смотрели на ее мутные, взрослые ставни равно говорили, покачивая головами:

- Умрет... Не протянет да прежде завтра...

Плакала Галя. Мать была ввек такая тихая верно ласковая, дочку Галю свою любила. Как но далеко не плакать? Их получи и распишись свете-то всего только равно было двое: мамулечка несомненно Галя - Галя ага мама. И глядишь умрет мама...

Плакала Галя.

Потух радостный линия за деревней, утонул на голубовато-хрустальном озере. Запахло превыше цветами, первыми ландышами с леса, перо прокричали на крайний единовременно принадлежащий вишь ты прежде ночью, да однако уснуло, затихло, замолкло по утра. На небе зажглась ночная звездочка, яркая, нарядная равно красивая. Галя сидела у оконца, глядела получай звездочку равно вспоминала, во вкусе возлюбленная из мамой то и дело сидела сообразно вечерам у порога хатки равным образом любовалась звездочками. А маме становилось весь не идет в сравнение верно хуже. Она да кашляла-то глуше, равно дышала слабее.

И внезапно нежным тихим голосом позвала возлюбленная Галю:

- Деточка моя ненаглядная, присядь ко мне, посиди со мною.

Отбежала ото оконца Галя, кинулась для маминой постели, обвила маму своими детскими ручонками.

- Не целую вечность быстро осталось ми жить, малышка моя, - произнесла мать. - Скоро, адски резво придется отбросить тебя, моя ненаглядная..

- Нет, мама, черта не без; два! - воскликнула Галя. - Я далеко не отпущу тебя, никак не отдам смерти! - И сызнова посильнее прижалась ко матери.

Мать дрожащими руками как и обняла дочурку.

- Прощай, деточки моя ненаглядная! Прощай, Галя моя! прощай, голубушка. Не забывай маму... Помни: любит тебя твоя мамуся равным образом короче неумолчно воззриться получи и распишись тебя от неба, деточка, да произвольный твой добрый, светозарный предприятие довольно ее радовать. Нет у меня ничего, почто бы аз многогрешный могла тебе оставить, дочурка. Одно только лишь было у меня во внутренность сокровище, сей поры моя особа жадина да дышала, а нынче пишущий эти строки его тебе передам, дочке моей. Это жемчужина - правда, Галя. Говори ввек правду, равным образом склифосовский у тебя вечно лучезарно получи и распишись грудь равно чеканно получи и распишись душе! Всегда-всегда одну правду говори, Галя! Одну только лишь правду! нуль отнюдь не таи, ни на нежели малограмотный лги! А днесь прощай.

И, перекрестив дочурку дрожащей рукой, умирающая прижала ее для своему сердцу, коснулась нежного детского личика своими горячими губами равно затихла навеки.

Упала Галя получи похолодевшее интрузив матери, громко-громко зарыдала равно стала закрывать пакши умершей поцелуями.

Опять пришли старухи, унесли плачущую Галю во другую хатку, а самочки стали экипировать Галину маму да складывать ее во гроб.

А Галя сидит во сие минута одна, весь во слезах.

Увидала астериск со неба плачущую девочку, наглядно засветила во окошечко незначительный хатки, определённо желая утешить сиротинку. Подняла Галя близкие заплаканные бельма для небу, посмотрела получи и распишись звездочку, протянула для ней грабки равным образом прошептала срывающимся голосом:

- Нет моей мамы! Умерла моя мама! Вернись, мама, вернись! - да вырез ее билось, разрывалось получай части.

Плакала Галя.

Рассвело. Солнышко встало надо Галиной хаткой. Красивая большая жар-птица опустилась получай крышу.

- Кто с годами плачет? - спросила птица.

Спросила, заглянула к устью во оконце да увидела девочку.

- Хорошенькая девочка! - сказала птица, взмахнула крыльями равным образом очутилась получи окне рядком Гали. - О нежели твоя милость плачешь, девочка? - обратилась жар-птица для Гале да постучала своим длинным клювом на подоконник.

Галя взглянула нате птицу, увидела ее широкие крылья, длинненький нос равным образом добрые, круглые зеницы и, зараз почувствовав душа для важный птице, рассказала ей, заливаясь слезами, целое свое горе. Птица пожалела сиротинку равно сказала ей:

- Ты одна бери свете, моя особа как и одна. Каждому с нас несладко да с убитым видом во одиночестве, а вместе, вдвоем, нам лучше склифосовский перевозить тоску. Садись ми сверху спину, девочка, да автор этих строк умчу тебя на такие страны, идеже есть смысл вечное лето, идеже пестреют душистыми цветами огромные, непроходимые леса, идеже громадные белые дары флоры растут возьми берегу реки равно смотрятся во нее, любуясь своим пышным нарядом. Я умчу тебя туда, идеже огромные крокодилы выплывают изо реки равным образом греются получи солнышко у берега, а великаны-слоны целыми стаями ходят сверху водопой. В эту сказочную страну ваш покорный слуга унесу тебя, девочка. Хочешь идти со мной?

Галя печальными глазами огляделась вокруг: ей было вот жалость распроститься да не без; белой хаткой, равным образом вместе с вишневыми садочками, равным образом не без; родимой деревней. Но тогда но вспомнила девочка, ась? несть не без; нею пуще ее мамы, а минус мамы да хатка, да вишневые садочки, равным образом родная весь с целью нее, Гали, неграмотный милы...

И, втихую заплакав, сказала птице Галя:

- Унеси меня, большая, добрая птица, несравненно хочешь. Я готова стремиться со тобою далеко, далеко. Хоть для обрез света!..

Едва лишь только успела вскричать сии болтология Галя, по образу глазом моргнуть не успеешь очутилась возьми спине птицы, которая немедленно но взвилась из нею бери воздух.

Жутко было проноситься на певом месте срок Гале. Далеко внизу копошились люди, казавшиеся крохотными букашками со высоты, белели хатки, церкви, мелькали целые города, селения. Птица летела не без; головокружительной быстротою, поднимаясь до сей времени меньше равным образом выше. Скоро никак не таким образом что ль ни домов, ни церквей, ни селений...

Облака носились внизу, отделяя птицу да Галю ото земли, через целого мира. Облака наплаву равным образом внизу, равным образом всюду...

Страшно отсюда следует Гале, зажмурила возлюбленная зенки да забористей прижалась ко птице. А та лишь только крепче замахала крыльями да помчалась снова быстрее, сызнова выше, для самому солнцу...

- Где мы? - спросила Галя, при случае особа со быстротой молнии опустила ее бери землю, напрямую во роскошный, феерично ароматный сад.

Белые дары флоры стройными, красивыми рядами тянулись в соответствии с бокам аллеи, которая вела ко белоснежному дворцу из колоннами равным образом огромной террасой. На террасе находилось много, бессчётно людей во пестрых полосатых одеждах, со смуглыми лицами, из бронзовыми телами. Посреди них сидел смертный из красной бородой, из обмотанной чем-то белым головою, вместе с яркими губами да из таким грозным лицом, который подле одном взгляде получай него Галя весь затрепетала ото страха.

Бронзовые люд кланялись вплоть до поместья страшному человеку равно говорили:

- Ты ярок равно могуч, твоя милость мудр да прекрасен, твоя милость велик, во вкусе миздрюшка на целом мире!

А царь, - вследствие чего почто опаленный солнцем персона со страшным взором был царь, - непоколебимо крутил головою, потрясал огненно-красной бородою да отвечал сурово:

- Вы говорите неправду, равным образом говорите однако сие только лишь потому, в чем дело? боитесь меня, зная, что такое? одним движением брови ваш покорнейший слуга могу отобрать вам жизни.

И ещё раз бронзовые гоминидэ кланялись по владенья равно восхваляли своего царя:

- Ты светлый равно могуч, мудр да прекрасен!

А король постоянно тряс своей огненной бородою равным образом однако говорил:

- Нет, сие вас льстите мне, благодаря чего что такое? ваш покорный слуга царь. Не верю вам.

Вдруг у самых ступеней, ведущих бери террасу, симпатия увидел девочку равно птицу. Увидел равно поразился несказанно, отнюдуже могла предстать каста девочка. По лицу его промелькнула улыбка. Точно симпатия догадался что касается чем-то, как следует решил вещь внезапно. И, окинув взглядом придворных, возлюбленный сказал:

- Вот ваш покорнейший слуга спрошу ее, как долго правды во ваших словах.

Потом обратился ко Гале равно произнес, поглаживая свою красную бороду: - Скажи мне, девочка, истина ли, который автор светлый равно могуч, мудр равно прекрасен?

И уставил возьми Галю домашние страшные, суровые глаза. Хотела перечить Галя в таком случае же, зачем говорили бронзовые люди, с тем никак не paзгнeвaть страшного царя, верно предисловий вспомнила относительно распоряжение матери: болтать одну правду - да твердым голосом сказала:

- Нет, царь. Не ярок ты, благодаря этому что-то лик твое нахмуренно равно сурово. Я видела солнце, которое лучисто равно могуче, с одного его луча ну зачем ж столько тепла равно света! Не знаю, мудр ли ты, хотя знаю, что-нибудь Тот, Кто создал тебя да твоих подданных, умнее тебя. Нет, твоя милость никак не прекрасен, царь: куверта от такими глазами невыгодный может составлять прекрасным; ваш покорный слуга вижу кроткое, ласковое небо, оно - прекрасно, а безвыгодный ты...

Едва только лишь произнесла последнее ответ Галя, в духе во ужасе заметались царские приближенные.

- Она от ума сошла! Она больная! - кричали они. - Что говорит симпатия нашему повелителю?!

И они бегали равным образом метались, что масса испуганных птиц. A самовластно приам нахмурился равно стал чернее ночи. Разгневали его плетение словес Гали. Не привык спирт слышать такие плетение словес равно принял ее за безумную.

- Возьмите ее! - приказал симпатия слугам. - Поселите неслиянно ото всех, равно чтобы мои сливки люди в белых халатах лечат ее. Но безвыгодный позволяйте ей связываться от людьми, воеже они безвыгодный услыхали с нее ее безумного лепета!

И, сказав это, возлюбленный махнул рукой. Слуги бросились ко Гале равным образом готовы были ухватить ее, а на сие сезон большая пташка взмахнула крыльями, усадила Галю ко себя получи спину равно во одну постой была сделано за порядочно верст через белого дворца равным образом бронзовых людей.

- Неси меня туда, птица, - шепнула ей Галя, - идеже семя любят правду равно слушают ее.

И полетели, понеслись пташка да Галя во другую сторону, на другую страну.

Долго неслись они в соответствии с голубому небу, середи белых перистых облачков, высматривая, идеже бы им спуститься. Спустились они непосредственно получи луг, оцепленный лесом, непроходимым равным образом дремучим. На лужайке, вкруг костров, сидели большие, плечистые люди. Их было порядком тысяч. Среди них стоял балбес выше, красивее равно стройнее других. У всех за спиною были стрелы, лук, топорики да копья. Они говорили своему вождю, стройному юноше, вооруженному не чета равно зажиточнее других:

- О, великий, отважный вождь! Твой кровник собрал большое авангард равным образом пусть будет так получи нас. Он говорит, который полоть этой страны - его, сколько данный лесишко - его лес, сколько наши жилища должны относиться к числу его воинам, да что-нибудь дьявол отлично поотбирать совершенно сие у тебя, у нас. Но чтобы спирт соберет вновь более войска, пишущий сии строки малограмотный боимся ничего. Каждый кусток на этом лесу наслышан нам. Мы окружим лесочек равно нападем в твоего брата, разобьем его войско, а его самого приведем для тебе. Tы можешь порешить его другими словами проделать его своим рабом.



- Да, моя персона сделаю его своим рабом, вследствие этого почто гибель самое лучшее унижения. Пусть а спирт испытает последнее, так чтобы проведать бешенство брата своего! - произнес хмуро молодец равно взмахнул копьем.

Воины испустили бешеный вопль равно завертелись окрест костра во бешеной пляске. А в некоторых случаях они остановились, немножечко никак не падая ото усталости, в таком случае неожиданно увидели большую птицу вместе с девочкой получи ее спине.

Галя сейчас стояла под их молодым вождем да говорила, обращаясь для стройному юноше-вождю:

- Юноша, твоя милость невыгодный прав! Ты безграмотный надо враждовать вместе с твоим братом, вследствие чего ась? священник твой, умирая, завещал вы обоим землю эту пополам. Я сие знаю. И знаю также, что-нибудь твоя милость отнял у твоего брата его половину да прогнал его отсюда. И даже если твой братуха паки будь по-твоему сюда, в таком случае спирт имеет для сие право. А твоя милость безвыгодный прав, новобрачный вождь. Ты поступил бесчеловечно равно бесчестно!

Юноша-вождь слушал Галю, равным образом нежели ниже говорила она, нежели смелее становилась ее речь, тем побольше трепетал грубый воин. Страх равно священный трепет отразились во его лице ко концу Галиной речи. Он упал ко ногам девочки и, ударяя себя на грудь, вскрикнул страшным голосом:

- О, мои воины! Мои храбрые воины! Падите ниц! Сам Великий Дух посылает нам сие дитя! Сам Великий Дух говорит ее устами! Она видит мое ретивое равно знает мои помыслы. Видит всю правду равным образом без боязни высказывает ее мне, вашему могучему вождю. Никто впредь до оный поры малограмотный смел ми заявить правды. Значит, самопроизвольно Великий Дух посылает ребенка для землю! Она - представитель Великого Духа! Сюда, ко мне, жрецы равным образом прорицатели! Восхвалите девочку, отведите ее во выше- храм, посадите ее в престол первого жреца, зажгите пред ней благовонные курева да служите на девичий цвет ее, во почтительность вестницы правды! А аз многогрешный равно мои воины кланяемся ей предварительно земли!

И ранний военачальник упал в колени. За ним упали равным образом всё-таки его воины. Из дремучего сооружение вышли седобородые старцы. Они ударяли во огромные раковины да производили ими странные, непонятные звуки.

Седобородые старцы приблизились для Гале и, кланяясь ей перед земли, говорили:

- О светлая посольщица Великого Духа! Пойдем от нами во отечественный храм. Там твое место. День равно ночка твоя милость будешь жительствовать во храме, равно лазурный дыминка во почет твою понесется изо наших кадильниц благовонной струею, автор сих строк будем подхватывать тебе священные песни равным образом украсим тебя цветами. Ты будешь царицей нашего храма.

И они сторожко взяли подина рычаги Галю да хотели ее увести во частый лес, идеже у них посреди деревьями скрывался их храм. Ужас да трепет наполнили сразу душа Гали.

- Где а правда? - вскричала симпатия трепещущим голосом. - Когда народ кланяются человеку равно считают его за божество? Где но правда, кабы правдивое речение на этом месте что-то около дико, в чем дело? сказавшую сие речение простую, маленькую девочку приняли за посланницу Бога? Нет, безграмотный хочу ваш покорный слуга ни почестей, ни славы. Сюда, ко мне, большая птица, унеси, умчи меня отсюда!

И большая птаха еще тутовник в духе тут: расправила крылья, подхватила Галю равно умчала ее сызнова на уран высоко, высоко, оставив пораженных ужасом воинов равно жрецов.

И сызнова носятся большая синяя птица равно Галя в лоне солнцем равно облаками.

Наконец утомились, спустились держи землю. Слышат дивную музыку, вдетый неумолкаемый равным образом шутки. В звонких голосах чувствуется радость.

- Неси меня туда, птица, отонудуже слышатся соул равно голоса, - попросила Галя.

Через побудьте здесь увидели они роскошный, выразительно разъясненный замочек сверху берегу озера. Замок целый повис надо водою, галерея возьми высокой скале, свесившейся надо темным равным образом бурливым озером.

В замке огни, музыка, веселье.

Роскошно одетые кавалеры, вновь больше нарядные красавицы дамы, всё-таки сие движется на плавном равным образом красивом танце. Парча, поталь равным образом драгоценные камни - постоянно смешалось, совершенно горит, блестит равно сверкает безграмотный не в такого склада мере огней хрустальных люстр, подвешенных ко потолку зала.

Впереди всех выступает об руку не без; красивым равно нарядным рыцарем самочки королева, владетельница сего замка равным образом всей страны, во которую залетела Галя со своей птицей.

Ах, на правах хороша королева! Глаза у нее темно-синие, во вкусе кипяток на томик озере, сколько шумит по-под окнами замка, равно блестят они, в духе та драгоценная диадема, что-нибудь горит, переливается алмазами равным образом яхонтами держи ее белокурых кудрях. И личико королевы отнюдь равно как у ребенка: тихое, кроткое, безмятежное,

"Какая ласковая, какая милая королева! - подумала Галя. - Верно, во ее стране живет правда, верно, симпатия любит правду, равно недурно живется во всем подданным такого склада доброй королевы!"

Едва токмо подумала сие девочка, наравне через гам музыки равным образом беспечальный усмешка танцующих крохотку слышно донесся по нее какой-то глухой, глухой стон.

Вздрогнула Галя, насторожилась.

Стон повторился. Он несся изо зеленой чащи сада, скрытой ночной темнотой.

- Полетим туда, милая птица, узнаем, кто такой сие стонет! - под заводкой прошептала Галя.

И они помчались ото залитого огнями замка во беспроглядный сад, на ночную тьму.

Стон становился постоянно слышнее равно явственнее согласно мере того, равно как Галя со своей птицей углублялась на чащу сада. Бледный серпик месяца выглянул за тучи равно осветил крошечную полянку. Там, у ствола большого дерева, стояла новобрачная даваха от бледным измученным лицом. Ее щипанцы равным образом бежим были намертво стянуты толстыми веревками, прикручивавшими ее для дереву. Ее мурло носило пахтанье тяжких страданий.

- Что вместе с тобою? Кто привязал тебя здесь? И с каких щей твоя милость стонешь? - спросила девушку Галя.

- Я камеристка красавицы королевы, - чуточку слышным с слабости голосом прошептала девушка, - праздник красавицы королевы, которая танцует равно веселится там, во замке. Она приказала привязать меня для дереву равным образом заморить голодом, вследствие чего в чем дело? три дня тому обратно моя особа осмелилась отметить ей, сколько рыцарь, которого симпатия избрала во женихи, отнюдь не любит ее равным образом желает ожениться нате ней поелику только, так чтобы сложение королем. Я сие знаю. Это правда. И за сии трепотня правды моя особа должна последним голодной смертью.

Сказав это, девка едва слышно да жалостно простонала.

Галя все задрожала через волнения.

- Скорее! Скорее, моя птица, поспешим во замок, - заговорила она, - поспешим для королеве, сей поры пока что безграмотный время упущено вывести несчастную девушку да уберечь ее через лютой смерти!

И быстрее ветра помчались они во замок.

Словно громыханье господень грянул по-над танцующими, в такой мере ошеломило их прибытие маленькой девочки да внушительный перо промежду зала. Музыка умолкла. Пары остановились. В одну подождите Галя очутилась предварительно красавицей королевой.

- Королева! - сказала девчужка дрожащим голосом. - Выслушай меня: твоя милость тогда танцуешь равным образом веселишься, а там, во саду, умирает твоя служанка. Нехорошо это, королева! Ведь твоя услужница сказала правду. Нельзя веселиться, когда-никогда делаешь сердито своему ближнему. Прикажи очистить несчастную девушку, равно тут пущай опять-таки играет музыка, танцуют испарения равным образом престижно в кураже хохот твоих гостей, королева! Нехороша та повелительница, которая круглым счетом необычайно наказывает за правдивое слово.

Закончив свою речь, Галя взглянула получай королеву, истинно беспричинно равно обмерла через ужаса. Что сталось глядишь не без; красавицей королевой? Глаза у нее вместе почернели да округлились, что у ворона, рожа позеленело да покривилось, уста перекосились, равно весь возлюбленная стала беспричинно отталкивающей равным образом безобразной.

- Ничтожная, жалкая девчонка! - закричала бери Галю королева, затопав ногами. - Как смеешь твоя милость осуждать меня! За сие твоя милость должна неукоснительно умереть!

И без дальних слов а приказала страже закинуть Галю во озеро. Стража исполнила повеление своей королевы, схватила Галю, подтащила ее для окну да бросила вниз, стойком туда, идеже едва слышно шумели темные воды большого озера.

Упала на водоем Галя, погрузилась на холодные волны равно опустилась упокойница держи самое дно. И, наверное, возлюбленная стала бы добычей молодых смеющихся русалок, если бы бы большая, верная пичужка никак не метнулась вдогонку за нею да неграмотный вытащила с воды маленькую утопленницу.

Схватила на близкий атлетический нос мертвую Галю большая мясо да бурно поднялась вместе с нею ото владенья равным образом озера высоко, за облаками для небу. А немного погодя сделано ждали Галю. Ждали ее прекрасные белые существа, мальчики равно девочки со серебряными крылышками за спиною. Увидели они птицу из мертвою девочкою на клюве, подхватили Галю получи и распишись грабли равным образом понесли на небеса.

Недолог был тракт маленьких крылатых существ.

Внезапно послышалась дивная музыка. Незримый скопление запел чудесную, сладкую песнь.

Принесли крылатые ребятня во великолепный беспорочный парк Галю, положили получи и распишись душистую полянку, всплошь покрытую ароматными листьями равно розами, и, встав округ нее, запели звонкими красивыми голосами, какие могут фигурировать токмо у ангелов:

- Проснись, пробудись, милая Галя! Ты попала на область правды, одной правды, чистой равно прекрасной, которой невыгодный встретишь в земле! Проснись, милая, рюмка Галя!

Но Галя безвыгодный слышала пения ангелов, далеко не чувствовала аромата цветов. Тогда, никак не переставая петь, крылатые ребятня полетели за облаками за облака равно вследствие подождите вернулись снова, ведя за руку высокую женщину во белой одежде, кроткую равно прекрасную, равно как голубка. Женщина склонилась надо мертвой Галей равно слегка обвила ее тонкими руками. Две рыдания капнули изо ее зенки по прямой нате душа Гали, равным образом глядишь сие грудь ожило, затрепетало. Открыла тараньки девочка, взглянула пизда внешне да вскричала радостным голосом, узнав склонившуюся накануне нею женщину:

- Мама! Мама моя!

- Галя! Моя Галя! - прошептала сорокаградусная женщина. - За твою правду Господь соединил меня снова-здорово из тобою, чтоб никогда, в жизнь не ранее нам безграмотный отрываться больше. В монархия правды примчала тебя большая птица, на в таком случае царство, идеже живет радостная равным образом торжествующая правда!

И родимая устойчиво обняла свою девочку да целовала ее не принимая во внимание конца, лишенный чего счета. Роскошный вертоград благоухал, равным образом бледноликие ангелы пели марсельеза касательно Галиной правде.

А большая синяя птица в который раз полетела ко земле равно людям, желая разыскать нет слов ась? бы так ни итак правду там, бери земле. Полетела одна, безо Гали упрямая птица. А Галя осталась из мамой на лазурном царстве.

Давно сие было.

Веселое сфера

Ха! Ха! Ха!

Хи! Хи! Хи!

За десятки, за сотни, за тысячи верст раздавались громкие грохотание веселого, беззаботного смеха. Раздавались со утра да вплоть до вечера, от заката да впредь до восхода солнца, раздавались безо перерыва.

Это смеялись народонаселение Веселого царства. Странное, капли особенное сие было царство. Другого такого нет, безвыгодный было равным образом отнюдь не бросьте получи земле.

Очень занятное царство. Там ни одна собака никогда в жизни далеко не горевал, никак не плакал, неграмотный жаловался, невыгодный печалился, малограмотный болел. Там целое смеялись, смеялись постоянно, смеялись минуя устали. Ходили - равным образом смеялись, сидели - да смеялись, работали - да смеялись, говорили - равно смеялись, даже... спали - равно смеялись. Только да слышно было: ха, ха, ха ей-ей хи, хи, хи!

В Веселом царстве малограмотный было ни горя, ни забот. Его народ отнюдь не знали ни нищеты, ни грусти; они сроду малограмотный болели, безграмотный страдали равным образом доживали, веселые равным образом довольные, предварительно глубокой старости. Рождались со шутливо равным образом умирали со смехом, передавая своим потомкам струнка с настроением смеяться.

Веселее всех смеялся правитель Веселого царства. Веселая ухмылка этак равно неграмотный сходила от его лица; нате высоком его лбу никогда в жизни отнюдь не поди было морщинки грусти, а ставни царские беспрестанно искрились потехи ради - добрым, веселым смехом.

Просыпался заутро в поддатии монарх равно со смеха ради звонил во колокольчик. Со потехи ради появлялись царские слуги.

- Давайте одеваться. Хи-хи-хи! - командовал царь.

- Извольте, ваше величество, ха-ха-ха! - заливались слуги.

Одевшись, государь выходил получи и распишись мушараби своего дворца послушать, как бы смеются подданные на его столице.

По улицам бежали смеющиеся люди, со забавы ради возницы предлагали прохожим близкие услуги, со в шутку торговцы продавали домашние товары...

Все смеялись. Все... И взрослые, равным образом дети, юноши да старцы, господа да слуги, генералы равным образом солдаты, богатые равно бедные. Точно сивый перетолки стоял по-над Веселым царством, в точности тама праздновался без устали светлый, оживленный празднование - этак были безвыездно счастливы равным образом веселы.

И предисловий когда-то на сие область радости, довольства, счастья равным образом смеха забрела старая, худая, согнутая на три погибели хрычовка - такая, каковой ни в жизнь безграмотный видывали на Веселом царстве. У нее было мрачное, печальное лицо, ставни какие-то растерянные, полуслепые ото слез, а ланиты ввалились ото худобы. Седые я у папы дурачок редких шерстка выбивались у нее из-под платка.

- Хи-хи-хи? Что за странная старуха? - удивлялись счастливые люд Веселого царства. - Ха-ха-ха! Кто ты, бабушка? -спрашивали они.

- Мое фамилия Нужда, - произнесла возлюбленная глухим замогильным голосом. - Пришла ваш покорнейший слуга для вас с соседнего государства, идеже живут мои сестры: Горе, Болезнь, Печаль, Голодуха, Страданье. Мы по сию пору неизменно странствуем изо одного места на другое, а на иных местах долго остаемся. В вашем царстве ни одна с нас снова никак не бывала, во моя персона равно решила посетить для вам, чтоб убедиться, невозможно ли ми спустя рукава на этом месте пристроиться. Но вижу, что-то ми в этом месте малограмотный житье: до этого времени ваша сестра после этого сытые, довольные, веселые...

- А твоя милость умеешь смеяться? Ха-ха-ха! Умеешь? - зазвенело, загудело держи непохожие голоса окрест нее.

Старуха чванно выпрямилась. Ее бельма свирепо блеснули.

- Я никак не умею смеяться, да далеко не хочу смеяться, да ненавижу смех, - придирчиво проговорила она. - Нужда далеко не должна смеяться. Она плачет. И коли бы автор осталась у вас, в таком случае спешно научила бы да вы плакать.

- Плакать? - не без; удивлением переспросили веселые люди. - Нет, старуха, сие твоя милость попусту думаешь. Ха-ха-ха! А вона ты да я заставим тебя смеяться, увидишь - заставим.

- Никогда! - угрожающе оборвала их бабушка Нужда.

- Нет, заставим. Непременно заставим, - повторили порядочно крат веселые люди. - Ха-ха-ха! Давай безотлагательно смеяться. Слышишь?

- Никогда! - ещё повторила Нужда. - И никак не требуйте ото меня дабы автор смеялась: однова пишущий эти строки засмеюсь, гроза вас будет.

- Ха-ха-ха! - ответили веселые люди. - Разве с смеха может являться беда? Нет, бабушка, твоя милость должна из нами смеяться. Ну-ка, Начинай!

- Не буду! - печально повторила вновь старуха.

- Ну, взять хоть немножко!

- Никогда! - еще раз повторила Нужда.

Как ни старались веселые народонаселение Веселого царства насмешить старуху Нужду, их старания ни для чему далеко не повели. Рассердились, наконец, веселые люди, да рассердились, конечно, по-своему, по-смешному.

- Не осклабляться во нашем Веселом царстве, а кручиниться равным образом печалиться, эпизодически ты да я всё-таки смеемся, - сие преступление, - говорили они. - Мы сего таково далеко не пропустим равно отдадим тебя, старуха, по-под суд. Пусть умные судьи решат, вроде фигурировать со тобою.

И считанные часы думая, они подхватили старуху равным образом потащили ее во суд.

- Ха-ха-ха! В нежели провинилась буква старушенция? - спросили судьи, когда-никогда привели Нужду во большую комнату, на которой заседал суд.

Веселые людишки рассказали, что-то бабка заупрямилась, невыгодный хочет ни за аюшки? смеяться.

Стали судьи держать совет - что быть, какое взять из потолка в целях печальной старухи наказание. Совещались они, конечно, со смехом равно хохоча. Смеялись возле этом никак не исключительно судьи, так да стража, стоявшая у дверей, смеялись писцы, записывавшие приговор суда, смеялись сторожа, привратники. Одна Нужда никак не смеялась.

Долго-долго советовались судьи, наконец, обратились ко Нужде вместе с экой речью:

- Слушай, старуха. Ты не чета раскайся равно засмейся. Тогда автор тебя простим. Ха-ха-ха!

Но Нужда не без; гневом отказалась через такого предложения. Не горазд возлюбленная смеяться. Ни за в чем дело? отнюдь не станет! Никогда безграмотный смеялась да никак не достаточно смеяться. Ее занятие отуманить людей, равно безграмотный для лицу ей смех.

- А наш брат что ни говори тебя заставим смеяться, - хохотали судьи. - А отнюдь не захочешь, накажем тебя со всею строгостью законов Веселого царства.

- Наказывайте! Я ни плошки малограмотный боюсь! - барственно заявила упрямица.

Опять стали обсуждать судьи. Словно пчелиное жужжанье повисло на воздухе, таково они спорили равным образом гоготали, прерывая неустанно свою фраза смехом.

Кончили, наконец, совещанье равным образом вынесли экой приговор:

- Так по образу старуха, невзирая получи и распишись всегда увещания, упрямится да отнюдь не хочет смеяться, ведь незамедлительно отослать ее с пределов Веселого царства равно невыгодный дозволить ей ни минуты сохраниться средь веселых людей.

Нужда не проронив ни слова выслушала настоящий приговор. Но веселые люди, которые привели ее на суд, остались недовольны приговором.

- Что сие за наказание? - кричали они. - Нет, приходится будет приказать усмехаться старуху. Непременно надо. Судьи превратно решили дело! - равным образом они потребовали, чтоб были призваны остальные судьи, которые придумали бы старухе иное наказание.

Это любовь было словно по мановению волшебного жезла исполнено. Опять собрались судьи, вдругорядь совещались, спорили да вынесли такого типа приговор:

- Закрыть безвыездно заставы Веселого царства да далеко не освобождать старуху прежде тех пор, все еще симпатия малограмотный достаточно смеяться.

Но бравурный жители равным образом сим приговором остался недоволен.

- Ха-ха-ха! - кричали веселые человек сверху небо и земля лады. - Разве подобный решение подействует бери упрямую старуху? Ничуть. Нет, видно, судьям малограмотный сделать выбор сего дела. Отправимся наша сестра скорее для нашему королю: дьявол сумеет вменить в обязанность старухе смеяться. Ха-ха-ха!

И они бросились для Нужде, подхватили ее равно потащили ее умереть и малограмотный встать дворец.

- Царь! Милостивый равным образом справедливый! - кричали веселые люди, толпясь около жилища любимого царя. - Выйди для нам. Мы привели для тебе старуху-странницу Нужду, которая пришла во наше область вместе с печальным с лица да невыгодный хочет грохотать со нами. Прикажи ей, царь, смеяться.

Царь вышел ко толпе, приблизился для старухе и, громогласно смеясь, произнес:

- Старуха, смейся!

- Не буду! - печально отозвалась Нужда.

- Тебе говорят, смейся!

- Ни за что.

Царь хотел предпринять строгое рыло и... никак не мог. Оно беспричинно равным образом прыгало с смеха.

А старочка становилась не без; каждой минутой целое угрюмее, совершенно мрачнее.

Подумал бескручинный царь, наравне да нежели приневолить старуху реализовать алчность народа, ведь питаться рассмеяться, и, наконец, сказал:

- Слушай, бабуленька Нужда. В казнь за твое постоянство мы лишаю тебя самого дорогого, аюшки? всего только может взяться держи свете: впредь аз многогрешный не смейте тебе, в один из дней равно навсегда, смеяться. Как бы кучеряво тебе ни было возьми душе, твоя милость лишена отныне внутренние резервы смеяться. Страшное сие наказание! Ты его почувствуешь, старуха, благодаря чего который что рыбища безвыгодный может населять сверх воды, что никакая земная паскуда безвыгодный может быть сверх воздуха, этак душа безвыгодный может пребывать помимо смеха. А ты, Нужда, лишена впредь сего великого блага, ха-ха!

- Ха-ха-ха! - раздались на возражение получай сие громовые грохотанье смеха веселого народа, аспидски довольного умным приговором своего короля.

Вместе не без; народом расхохоталась, несмотря во всем ожиданиям, равно самочки старица Нужда.

Расхохоталась хриплым, замогильным, отвратительным своим смехом, таким громким, почто возлюбленный заглушил усмешка тысяч веселых людей.

Расхохоталась потому, что такое? такого наказания ни за ась? на свете малограмотный могла дожидаться старица Нужда.

Ее лишили того, ко чему симпатия чувствовала непреодолимое отвращение, того, что-что возлюбленная самочки претерпевать безвыгодный могла. Ей, которая вовеки на жизни далеко не смеялась, запрещали смеяться! Это было беспричинно ново, до боли равно смешно, что-нибудь Нужда никак не выдержала да расхохоталась стержневой крата во своей долгой жизни. За ней расхохотался король. За ним воины, стража, народ. И со всех концов стали звучать грохотание смеха. Но всех погромче смеялась самочки старушоночка Нужда. Странно, однако: нежели погромче смеялась она, тем тсс становился улыбка окружающих ее жителей Веселого царства...

И лица у них, всякий раз такие веселые, довольные, становились всегда серьезнее да серьезнее. Как ни стараются они как и прежде хохотать, неудержимый у них следовательно какой-то сдавленный, невеселый.

А старик Нужда смеется по сию пору погромче безусловно громче, приплясывает, скачет...

Прошел день, другой, незаинтересованный - равным образом на Веселом царстве малограмотный слышно сейчас раскатов смеха. Раздается исключительно странный, хриплый, смотрит сычом хохотня старухи Нужды...

Прошло до этих пор порядком времени - равно во Веселом царстве решительно невыгодный итак вяще слышно смеха. Люди согласно правилам разучились смеяться.

Даже непосредственно король да оный безграмотный смеялся больше. Лицо у него стало быть грустное-прегрустное, а глаза, которые умели токмо улыбаться, нынче блуждающе смотрят вдаль, идеже старик Нужда, переходя изо на флэту на дом, однако смеется, скачет, приплясывает. И идеже всего симпатия покажется, люд зараз разучаются смеяться.

- Перестань же, старуха! - кричат ей.

Но хрычовка неграмотный унимается.

- Ха-ха-ха! Заставили ваша милость меня смеяться, - отвечает она, - в настоящий момент автор неграмотный могу перестать...

- И из тех пор Веселое правление превратилось во государство грусти.

Мельник Нарцисс

Стояла ветрянка по-над синей рекой, стояла равно пела. И весь на ней пело: да колеса, через которые струилась вода, да тяжелые жернова, да непосредственно мельник, молодой человек восемнадцати лет, которого звали Нарциссом.

Мельник-юноша пел погромче равно слаще всего. Хорошо пел. Люди слушали его равно говорили:

- Ровно пичужка небесная поет-заливается Нарцисс...

И истина их была. Серебряным ручьем, струею гремучей, арфой невидимой, золотою, ангельским голосом заливался мельник Нарцисс.

Был симпатия получи и распишись свете круглым сиротою. Не помнил ни матери, ни отца. Умерли они рано. Было ему, Нарциссу, до некоторой степени месяцев во ведь время. Старый мельник пожалел сироту-мальчика, взял его ко себе, воспитывал, правильно родного сына, а умирая оставил мельницу Нарциссу. И во держи мельнице стал командовать сам по себе Нарцисс. Хозяйничает равно поет.

Ах, поет!

Птицы Божие завидуют его голосу звонкому. Люди далеко не надивятся его веселому, счастливому, издревле довольному лицу.

- И ась? некто весел? - спрашивают. - И ась? заливается? У других рачение равно печаль, а у него песнопения звонкая ей-ей радостная смех безграмотный сходят со уст. А самовольно одинок, сирый равным образом беден равно как церковная мышь. Что толку, что-нибудь принимать у него мельница? Зерна ему молоть возят мало, платят немного: бедные люд куда глаза глядят живут, расплачиваться пуще малограмотный могут, никак не изо чего! А ему равным образом горя мало. Поет, соловьем разливается, задаром зачем испытывая голод живет.

Услыхала для веселого, довольного мельника злая, коварная чертовка Урсула равным образом захотела испить собственными глазами людскую радость. Спряталась симпатия подо мельничное движитель равным образом стала ждать диковинного мельника, почто где-то доволен своей судьбой. Известное дело: злая злыдарка безвыгодный может любоваться минуя зависти счастливых, довольных людей.

Видит - фактически счастлив да доволен своею судьбою мельник равным образом с настроением улыбается равно поет, поет.

- Ну, повремени но ты, милый! - с насмешкой прошипела себя подо носопырка колдунья. - Перестанешь твоя милость приставать у меня.

И во единовластно секунда закружила, зачаровала мельника Нарцисса равным образом нагнала нате него очарованный сон. Заснул мельник равно видит себя закачаешься сне королем. На нем золотая корона, округ него - послушная свита, пизда ним - несметные сокровища хрустального дворца.

И радостно, беспечально забилось двигатель Нарцисса! Еще бы! Худо ли составлять могущественным королем?

Но отнюдь не век длился вкусный сон.

Проснулся мельник - равным образом ни дворца, ни свиты, ни сокровищ под ним нет. Стоит только лишь дев`ица возвышенный красоты. Стоит равно улыбается ему. Это злая Урсула превратилась во красавицу, с целью безвыгодный напугать мельника своим безобразным, отталкивающим, злым лицом.

Нарцисс вытаращил зеницы равно лепечет на недоумении:

- Кто ты?

- Нет! Лучше скажи мне, твоя милость кто? - засмеялась своим звонким голосом мнимая красавица.

- Я мельник! - отвечал Нарцисс. - А был всего только сколько королем. Ах, хоть куда было! - вздохнул он, вместе с сожалением вспоминая чудесном сновидении.

- Что ж? Разве этак сладостно составлять королем? - спросила красавица, ведь питаться Урсула.

- Ах, сладко! - отвечал Нарцисс. - Так сладко, что, кажется, безвыездно бы отдал, так чтобы даже годик побыть королем... Всюду тебе почет, где хочешь покорность! Денег - куры далеко не клюют, ешь вкусно, сладко, не без; серебряной посуды, пьешь с золотых кувшинов. То-то хорошо! А живешь-то нет слов дворце во хрустальных палатах, непосредственно одет на шелк равно бархат, на шляпу не без; пером, на пимы со шпорами. Чудо аюшки? такое!

Улыбнулась Урсула.

- Хочешь, сделаю тебя королем?

Глаза у мельника разгорелись, во вкусе звезды. Весь возлюбленный вспыхнул с счастья равным образом хотел ажно запрыгать бери радостях, несомненно цирлы у него подогнулись, да дьявол упал для берег, в траву.

Упал да дольче заснул на оный а миг... А злая Урсула наклонилась надо ним, протянула руку равным образом зловещим голосом зашептала:


Стань, обернись,

Опять закрутись,

Назад оглянись

И ми поклонись.

А что встанешь да проснешься,

О былом далеко не заикнешься,

Все минует долгим сном -

Станет мельник королем...


* * *


Проснулся мельник, смотрит удивленно вокруг равно видит - лежит симпатия нате лебяжьей перине, получи и распишись широкой постели, около бархатным балдахином со золотыми кистями. Над постелью королевская корона. Простыни - с тончайшего шелка, обшитые трехаршинными кружевами по мнению краям. Одеяло атласное, шитое золотом, легкое, в духе пушинка. А повсеместно толпятся слуги, важные-преважные, почтенные, седые. Иного такого слугу, наверное, принял бы за важного господина на былое период недостаточный мельник, а теперь? А ныне без участия всякого стеснения протянул слугам домашние голые уходим равным образом лаконически произнес:

- Обувайте!

Засуетились слуги, преклонили колена равно стали нахлобучивать вместе с великой осторожностью получи уходим мельника шелковые чулки. Точно сие да невыгодный обрезки были, а двум хрустальные вазы, которые они опасались разбить.

Потом они подали королю-мельнику туфли из бриллиантовыми пряжками равным образом исподнее платье. Нарцисс никак не двинул ни рукой, ни ногой, нонче его одевали, да токмо поворачивался в правую сторону да влево, в духе пугало держи пружинах. Все делали за него другие. Когда, наконец, его одели, вошли двушник маленьких невольника-негра да внесли поседелый голова от водой. Слуги умыли короля равным образом повели во столовую.

В столовой его ждал неиссякаемый завтрак. Каких только лишь яств никак не поставили нате стол!

Нарцисс подошел ко столу равно ранее приготовился ухватиться первоклассный не без; тарелки, как бы врасплох предстал до ним высокий, на темном одеянии, старичина от очками держи носу.

- Не извольте сего кушать, ваше величество, а в таком случае расстроите ваш желанный желудок, - произнес спирт равно с уважением отвел руку короля с жирного куска.

Тогда Нарцисс схватился за другое блюдо. Но велосипед но был его гнев, когда-никогда ученый (высокий личность на очках был стремянный врач, лейб-медик) опять-таки с уважением остановил его.

- Это вредное суп в целях вас, ваше величество, - сказал некто да прибавил, - безграмотный понимаю, ась? смотрит чин (придворная должность, дьявол ведал дворцовым хозяйством, придворным церемониалом), тогда такие блюда воспрещено глотать королю.

И, награду вкусных яств, подвинул Нарциссу шаркало сперма равным образом неудовлетворительно крошечных куска белого хлеба, прибавив, подло кланяясь:

- Здоровье короля - лучшее ему посчастливилось его подданных. А того вашему величеству надобно стеречься про счастья вашего народа! Я а поставлен с целью того, дабы неизменно шпионить за вашею едою, равно обязан наблюдать, в надежде вы, государь, невзначай далеко не поели что-нибудь вредное другими словами далеко не скушали очень много.

Нечего делать, пришлось Нарциссу насыщаться молоком.


* * *


- Я хочу шествовать гулять! - вскричал Нарцисс весело, покончив не без; завтраком.

Но туточки смертный десяток каких-то седовласых людей окружили его тесной толпою.

- Ваше величество, неграмотный благоугодно ли вы довольно начать первоначально государственными делами? - произнесли они, с грехом пополам ли никак не давно поместья склоняясь хуй ним.

Король малограмотный может оставлять через государственных дел, равным образом Нарцисс обязан был покориться. Он сделай так за седовласыми старцами на огромную комнату, которая называлась королевским кабинетом. Здесь князь равным образом его седовласые советники принялись отгадывать важные государственные дела.

Солнце, сияя вовсю, смотрело во окна. Толпы гуляющих сновали объединение улицам. Деревья приветливо шумели за окнами, верно хотели сказать:

- Брось домашние дела, король, равно ступай для нам нате волю, в простор!

И молодому королю неудержимо захотелось выпорхнуть изо скучного кабинета, через скучных дел равно скучных советников. А они как следует равным образом безграмотный замечали его нетерпения, целое говорили, говорили, говорили минус конца. Наконец встали однако равным образом из низкими поклонами вышли с королевского кабинета.

Молодой монарх правильно ожил душою.

- Гулять! Гулять! В поля! В лес! На волю! - запело равным образом заликовало постоянно в утробе его.

Он затянул было свою песенку, же сей же час вспомнил, что такое? некто в настоящее время император равным образом зачем королям безвыгодный подобает басить веселые песенки, равно замолк.

На пороге королевского кабинета появилась в лоне тем блестящая свитка молодого короля.

- Ваше величество, желаете гулять? Лошади поуже готовы равно ждут у подъезда.

И ближайшие сановники, приняв по-под рычаги Нарцисса, сторожко равно бережно, по образу больного, свели его вместе с лестницы.

Нарцисс был удовольствие ниже среднего поражен, увидя у крыльца карету. Ему желательно походить сообразно лесу равным образом полям, а туточки сиди на закрытом ящике равно любуйся артелью через стеклянные окна.

"Ну, по мнению крайней мере, так например уши наслажусь быстрой ездой!" - подумал магнат равно ошибся.

Лошади ехали шагом. Карета насилу-насилу двигалась вперед, где-то на правах народ, желая налюбоваться своим королем, наполнял улицы, теснился кругом экипажа равным образом малограмотный давал быстро карете. Притом люд бурно кричали "ура", что-то около в чем дело? рында стоял на ушах Нарцисса, равным образом некто был рад-радешенек, от случая к случаю снова-здорово фиакр остановился у дворцового подъезда да эскорт бережно проводила его на столовую, идеже сейчас было накрыто ко обеду.

Обильные, роскошные пища покрывали стол, только от щедроты душевной чин накладывал самые маленькие порции получай тарелку короля. И Нарцисс, рядом во всем своем желании нажраться вкусных блюд по отвалу, остался с голодный.

Сердитый равным образом недовольный, поднялся возлюбленный ради стола.

- Я хочу на сад! - стремительно произнес он, ни ко кому невыгодный обращаясь.

- О, ваше величество, для сожалению, похоть ваше невыполнимо, - вместе с самым изысканным поклоном произнес гофмейстер, - сейчас поздно, равно вас еле-еле успеете соорудиться ко балу, который-нибудь назначен для девяти часам.

Нарцисс топнул ногою с гнева, только все ж таки поезжай одеваться.

Целый десяток слуг засуетились опять округ него. Его усадили до зеркалом. Явился мастер равно стал на пышные кольца завивать красивые, вьющиеся растительность Нарцисса. Потом одели на однобокий костюм, вполне кроеный золотом равно обнизанный дорогими камнями. С непривычки волочить подобные одежды Нарцисс жался, подергивался равным образом гримасничал. К тому а спирт устал.

Ему было всплошную равным образом не продохнуть во новом платье. Пот потоком лился со его лица.

Одевание, продлившееся добрых часа два, наконец, окончилось. Под звуки музыки, опушенный блестящею свитой, кайзер Нарцисс проследовал во бальный, сполна облитый огнями зал.

Когда симпатия проходил соответственно залу, безвыездно понизу ему кланялись, же ни одна душа никак не решался прервать молчание вместе с ним, десятая спица невыгодный осмеливался начаться ко нему, приблизительно что-нибудь Нарциссу, во конце концов, из чего можно заключить скучно, да дьявол начал ранее зевать.

Заметив это, придворные подвели ко королю-мельнику высокую некрасивую девушку равным образом сказали, в чем дело? сие старшуха могущественного соседнего царя да в чем дело? королю следовало бы показать бал-маскарад не без; нею.

Дама далеко не понравилась Нарциссу. Она была непомерно высока ростом, полна равным образом угловата. Но симпатия ведь прошел не без; нею в двойном размере в соответствии с залу. Он хотел а там свершить от ней поездка вальса, да чин бережливо шепнул ему для ухо, почто королю безвыгодный повелось плясать.

Едва обер-гофмейстер удалился, во вкусе для Нарциссу подошел следующий вельможа равно бесшумно сказал:

- Сегодняшний ассамблея самый соответствующий ради вашего величества, воеже найти себя невесту. Все дочери знатнейших королей, герцогов да принцев собрались во вашем дворце. Остается только лишь вам, государь, облюбовать изо них, которую вам считаете достойной становиться королевою.

Нарцисс улыбнулся. Он безвыгодный отчаливайте был ожениться в молоденькой, хорошенькой девушке. Быстрыми глазами спирт обежал вельможный талия своих гостей, королевен, княжен равным образом герцогинь. Но, ко своему глубочайшему огорчению, невыгодный сделал ни одной, которая бы понравилась ему своей красотой.

Все принцессы, герцогини равным образом королевны были риторично одеты во нарядные, туго зашнурованные платья. Их талии казались тонкими, что у ос, они еле дышали на своих узких корсетах. Их лица были всплошь нарумянены равно набелены. Огромные безобразные прически неграмотный шли для ним, отягощая головы равно стягивая копна у висков. Они двигались патологически на своих тесных возьми высоких каблуках ботинках равно казались Нарциссу заводными куклами сверху пружинах. И улыбались кукольной, деланной улыбкой, поджимая губки.

Вдруг взгляд Нарцисса поразила одна девушка, стоявшая на особицу на стороне через других. На ней малограмотный было ни роскошного наряда, ни пышной прически, ни тесных туфелек в высоких каблуках. Она была одета адски скромно. Но зато возлюбленная была красивее всех других.

Прелестная фигурка, румяное личико, белые руки, радостная, веселая улыбка, сияющие довольством глазки девушки, простое ситцевое платье, безответный фартучек, изящная кница - постоянно сие во нераздельно мгновение очаровало короля.

Нарцисс смотрел получай девушку да малограмотный был в состоянии досыта насмотреться. Вотан ее личина сейчас заронил на его внутренность горячую любовь.

- Вот моя невеста! - произнес некто солнечно и, миновав напудренных, затянутых красавиц, подошел для очаровательной простушке равно взял ее за руку.

В оный но пора громкий, саркастический гомерический хохот огласил залу. Ближайший визирь со всех ног кинулся ко Нарциссу.

- Что вы, государь! Это простая служанка. Она присутствует только лишь для того того на этом месте во зале, дабы следить, никак не порвался ли приказ у кого-либо изо сих важных дам, королевен, герцогинь равным образом княжен. Разве может простая услужница заделаться невестою короля! И только-только ли безвыгодный силом отвел короля ото красавицы служанки. Но Нарцисс ранее отнюдь не слышал его слов. Он ринулся изо бального зала сперва на сад, оттедова для улицу, во поле, на лес, на самую чащу его.

Здесь возлюбленный упал получи и распишись мягкую, сырую ото росы траву и, отнюдь не помня себя через горя, закричал:

- Что за ужас, сколько за скукотень являться королем! Не лишь только никак не смеешь отдать приказание своим временем, же равно с ума посрать по мнению ком невыгодный смеешь того, кого выбрало сердце! Все отдам аз многогрешный тому, который превратит меня заново на прежнего скромного мельника Нарцисса!

Сказал да уснул мгновенно, вследствие чего что-то находившаяся один шаг Урсула, услышав его обещание, решила заново отдать ему прежнюю долю.

На утро проснулся Нарцисс равно видит: пизда ним его милая мельница, гудят колеса, плещет влага звонкою, хрустально-синей струею. Радостный да удачный вскочил дьявол для циркули да запел, запел так, как бы вовек до нынешний поры малограмотный певал мельник Нарцисс вот всю свою жизнь!

Живая гермоперчатка

I


Жил нате свете рыцарь, яростный равным образом жестокий. До того свирепый, что такое? по сию пору боялись его, целое - равным образом приманка да чужие. Когда дьявол появлялся возьми коне середи улицы или — или получи и распишись городовой площади, племя разбегался во неодинаковые стороны, улицы равным образом площади пустели. И было а чумы рыцаря народу! Стоило кому-либо на ожесточенный период попасться держи его дороге, перескочить ему мимовольно путь, да во одно минутка ока людоедский воин затаптывал сильно несчастного копытами своего коня либо — либо пронзал его со всей полнотой своим тяжелым, острым мечом.

Высокий, худой, со очами, выбрасывавшими пламя, со хмурно сдвинутыми бровями да лицом, искривленным ото гнева, спирт наводил мандраж получай всех. В минуты гнева возлюбленный далеко не знал пощады, становился страшным равно выдумывал самые лютые кары да на тех, который являлся причиною его гнева, да ради тех, кто такой наудачу попадался ему во сие срок возьми глаза. Но сетовать королю получи свирепого рыцаря было бесполезно: государь дорожил своим свирепым рыцарем за то, что-то оный был искусным полководцем, неграмотный присест умереть и безвыгодный встать главе королевских войск одерживал победы по-над врагами равным образом покорил бессчетно земель. Потому-то самодержец на высокой ноте ценил свирепого рыцаря равным образом спускал ему то, аюшки? бы безграмотный спустил никому другому. А некоторые люди рыцари равно воины, даже если равно неграмотный любили свирепого рыцаря, да ценили во нем храбрость, сметка равным образом фанатичность королю да стране...


II


Бой близился ко концу.

Свирепый рыцарь, закованный на золотую броню, скакал поверху посередь рядами войск, воодушевляя своих усталых равным образом измученных воинов.

В настоящий единожды схватка был весть бедственный равным образом трудный. Третьи день дрались воины подо начальством свирепого рыцаря, только свершение малограмотный давалась им. У врагов, напавших возьми королевские земли, было пуще войска. Еще минута-две, равным образом враг, несомненно, одолел бы да ворвался бы лично на ферзевый замок.

Напрасно пагубный миннезингер появлялся ведь тут, в таком случае затем бери раздолье брани равно так угрозами, ведь мольбами старался приказать своих воинов сконцентрировать последние силы, чтоб прогнать врагов.

Вдруг девушка рыцаря шарахнулся во сторону, заметив нате земле железную перчатку, такую, какую носили на в таком случае сезон едва совершенно рыцари. Свирепый идеал дал шпоры коню, желая вынудить его переметнуться путем перчатку, же коренник ни вместе с места. Тогда джентльмен велел юноше оруженосцу взвить перчатку равно повинность ее себе. Но едва-едва исключительно джентльмен дотронулся до самого нее, перчатка, безошибочно живая, выскочила с его пакши да сызнова упала в землю.

Рыцарь велел паки ее отдать себя - да ещё повторилось ведь но самое. Мало того: упав бери землю, железная краги зашевелилась, на правах живая рука; щупальцы ее конвульсивно задвигались равным образом по новой разжались. Рыцарь приказал вновь взвить ее из поместья равным образом во текущий раз, очень зажав ее во руке, помчался во передние магазин своих войск, потрясая на воздухе перчаткою. И кажинный раз, в отдельных случаях некто поднимал за облаками перчатку, грабки перчатки ведь сжимались, ведь который раз разжимались, равно во ту но минуту, верно соответственно сигналу, войска кидались в врага со новою силою. И идеже ни появлялся крестоносец со своею перчаткою - усталые равно измученные его воины верно оживали равным образом из удвоенною силою бросались для врага. Прошло просто-напросто мало-мальски минут, да враги, бежали, а вестники свирепого рыцаря стали работать как лошадь победу...

Гордый да радостный объезжал в настоящий момент миннезингер лавка своих усталых, измученных бойцов, спрашивая, кому принадлежит странная перчатка, только последняя стержень в колеснице малограмотный видал давно тех пор ёбаный перчатки, десятая спица далеко не знал, отонудуже симпатия взялась...


III


Во в чем дело? бы ведь ни получается решил пагубный мещанин узнать, кому принадлежит странная перчатка, равным образом стал изборождать до сей времени города, целое села равно деревни и, потрясая во воздухе своею находкою, спрашивать, чья сие перчатка. Нигде отнюдь не отыскивался владелец темпераментный перчатки. В одном городе попался свирепому рыцарю визави чуточный мальчуга равно сказал:

- Я слышал ото деда, в чем дело? на лесу живет старушка Мааб. Она знает всегда тайны решетка и, наверное, сумеет обнаружить тебе значительность темпераментный перчатки, рыцарь.

- Едем для ней! - был строгий приказ, и, пришпорив коня, яростный аристократ помчался ко лесу. Покорная подсвита помчалась за ним.

Старуха Мааб жадюга на самой чаще глухого, темного леса. Она кое-как двигалась ото дряхлости. Когда возлюбленная увидала перчатку, ведь бельма у нее загорелись, можно подумать яркие факелы на ночной темноте, равным образом симпатия все побагровела через восторга.

- Огромное благоденствие влетело тебе во руки, родовитый рыцарь, - глухим голосом произнесла она. - Далеко отнюдь не во всех отношениях людям попадается подобное сокровище! Эта живая краги - гермоперчатка победы... Судьба намеренно бросила ее сверху твоем пути. Стоит тебе исключительно одеть ее для руку, да достижение останется всякий раз за тобою!

Свирепый кавалер просиял через счастья, гайда получи и распишись руку перчатку, торовато наградил золотом Мааб да умчался с дремучего сооружение во королевскую столицу.


IV


Прошла неделя.

Не слышно нисколько насчет обычные жестокие подвиги рыцаря, безвыгодный слышно, с тем некто на припадке гнева кого-либо подверг казни, отнюдь не слышно, ради спирт обидел кого-либо.

Еще круглым счетом внове лилась деньги кругом свирепого рыцаря рекою, слышались стоны, раздавался плач. А теперь?

Правда, неделю тому взад попробовал было крестоносец бить мечом кого-то с прохожих. Но врасплох сторона его, как в лихорадке сжатая живыми пальцами перчатки, опустилась, равным образом горестный булат со звоном упал для землю.

Хотел мещанин сорвать со пакши докучную перчатку, так точно вспомнил вовремя, зачем даст возлюбленная ему победу, равно удержался.

Другой однажды хотел мещанин навести своего коня возьми окружавшую его толпу людей, да вновь накануне боли сжали его руку живые сосиски перчатки, да дьявол безвыгодный был в состоянии передвинуть ими про управления конем. С этой самой минуты понял рыцарь, в чем дело? вышагивать не глядючи на инициативный перчатке бесполезно, который она, каста перчатка, удерживает его через самых жестоких поступков. И перестал дьявол выуживать регалии с ножен для того гибели неповинных людей.

И человеки никак не боялись об эту пору выскакивать с домов держи улицы во в таком случае время, при случае проезжал в области ним лютый рыцарь.

Они лишенный чего страха появлялись сейчас получи и распишись его пути да славили рыцаря за его победы по-над врагами.


V


Снова загорелась война...

Уже века неблизкий шабер короля, властелин богатой страны, прельщал взоры рыцаря. И некто говорил своему королю:

- Гляди! Твой удаленный шабер зажиточнее тебя, равно добро бы твоя милость поклялся ему во вечной дружбе равно мире, же даже если твоя милость победишь его да присвоишь себя его владения, в таком случае станешь самым могучим да богатым на мире королем.

Король послушался слов своего любимца. "Прав рыцарь, - думал король, - завоюю страну мои соседа да разбогатею с его богатства!" И приказал работать без разгибу новоиспеченный поход.


VI


Сошлись банан войска получи и распишись нива брани.

Дружины рыцаря встретились из дружинами дальнего короля.

Рыцарь был полностью спокоен да наперед гарантирую на исходе боя.

Он знал: гермоперчатка победы была держи его руке.

Солнце всходило равно заходило снова. Месяц сиял равно мерк равно опять сиял. Птицы пели, стихали да в который раз пели, а народище до сей времени бились да бились вне конца.

Долгая в таком случае была битва.

Долгая равным образом упорная равно как никогда.

Свирепый мещанин стоял на стороне, распоряжаясь боем, авансом удостоверенный на победе своих дружин.

Вдруг невиданное опера поразило его взоры: враги побеждали, а его воины ударились во бегство.

Взбешенный, дьявол самоуправно кинулся на бой. И... принужден был отступить. Враги окружили его со всех сторон.

Не помня себя, возлюбленный дал шпоры коню да погнал его не без; полина битвы.

Прискакал на столицу рыцарь, целый прыснутый кровью, да упал ко ногам короля.

- Не пики меня, король! - вскричал он. - Не я, а бабка Мааб виновница гибели твоего войска. Она обманула меня, заставив примерить получай руку перчатку гибели равным образом поражения. Вели извести ее, король, распинать жестокою, страшною смертью, какую исключительно дозволено придумать!


VII


С первыми лучами солнца всё место высыпал держи площадь. В текущий безвременный ранний часы решена была пытка старухи Мааб, привезенной до данный поры предварительно с леса. Решено было предать огню Мааб получи костре, ради вперед малограмотный морочила людей, безвыгодный выдавала перчатку гибели за перчатку победы.

Привезли нате пространство Мааб, сняли от колесницы, ввели получи возвышение, идеже лежали сложенные к костра дрова.

Поставили в них Мааб да привязали веревками для столбу. Перед самым столбом стоял злой как черт воин равно кричал со злым потехи ради на самое личико Мааб:

- Ты обманула меня, Мааб! За сие умрешь лютою смертью! И пометка для казни автор дам тою самою перчаткою, которая мне, по мнению твоим словам, должна была ввезти победу.

С этими словами спирт поднял руку, дабы подать заметина палачам разводить огонь костер, равно вскрикнул на испуге. Рука отнюдь не двигалась. Точно налитая свинцом, симпатия сухо повисла повдоль тела. Tогда некто открыл рот, желая отказаться в пользу приказание заниматься казнь, только во оный но самолет живая краги поднялась совокупно от рукою и, близко прижавшись для его рту, малость малограмотный задушила его.

Обезумев с ужаса, джентльмен вскричал:

- Спаси меня, Мааб! Спаси!

Мааб медленным темпом сошла вместе с костра, минус всякого активность перервав веревки, и, приблизившись ко рыцарю, произнесла:

- Я отнюдь не солгала тебе. Живая краги на самом деле краги победы. В каждом правом деле возлюбленная даст тебе победу на суше и для море равным образом везде. И во последней неудачной битве дала бы симпатия тебе победу, когда бы твоя милость неграмотный шел держи соседнего короля не без; корыстолюбивыми целями oвладеть его богатством, а защищал своего короля, свою родину, свою честь.

И тем временем бы твоя милость малограмотный потерпел поражения, сознавая себя правым да на честном деле. Знай же, сколько живая перчаточка хорэ отбывать службу тебе всего-навсего умереть и безвыгодный встать всех добрых да честных делах! Ведь удержала симпатия тебя во те минуты, при случае твоя милость хотел пролить рождение невинных людей! Дала тебе победу по-над самим собою! Дала победу равным образом тогда, когда-никогда бери твою страну напали злые враги. Так хорэ со нею равно впредь!

И сказав это, исчезла, вроде тень, растаяв на воздухе, Мааб.


* * *


Предсказание Мааб сбылось.

Живая краги помогала рыцарю закачаешься всех его правых делах, давая ему победу, равно удерживала его любой раз, когда-когда некто начинал какую-либо скверную, несправедливую затею.

И круглый люди прославил его имя, равным образом чем свирепого рыцаря семя прозвали его рыцарем правым равным образом благородным.

Меч королевы

Три дочери было у короля Артура, три стройные, красивые равным образом добрые принцессы. Но не чета всех была старшая, веселая безусловно радостная такая: глазоньки - звездочки небесные - в такой мере равно искрятся, вино вместе с уст безвыгодный сходит, седой неудержимый ведь да работа тишину равно прекрасность огромного дворца оживляет. И всем-то, глядючи возьми веселую принцессу, задорно становится. А Мира-королевна что-то около равным образом звенит своим колокольчиком-смехом, приблизительно равным образом сияет звездочками-очами.

Жизнь вкруг королевны ключом кипит. Что ни вечер, ведь банкет умереть и безвыгодный встать дворце, сколько ни день, в таком случае королевская охота наряжается. Трубят рога, лают собаки, беспечальный взрыв хохота дам равно кавалеров по части лесу носится. А вечере освещаются роскошные дворцовые залы, наезжают менструация да ну что-то ж пляс вдетый по самой утренней зари. И больше всех пляшет, паче всех за оленями истинно зайцами гоняется Мира-королевна. Для нее равным образом охоты эти, равным образом балы устраиваются. Тешит, балует магнат Атя дочку свою любимую.

Но недолог, короток дев`ичий век. Пролетела розовая молодость незаметно, пришла момент замуж выходить, равным образом выдали принцессу Миру замуж за короля дальней страны.

Уехала Мира во монархия своего мужа, да прекратились умереть и никак не встать дворце короля Артура балы, прекратилось веселье, прекратились инда охоты за оленями.

Вместе со юной королевной уехали да многие придворные сановники, которые решили находиться в услужении да напредки у своей королевны, во чужой, дальней стране.

Счастливо зажила Мира со своим мужем, так лишь только благоденствие ее безвыгодный целый век продолжалось: неграмотный все прошло равным образом года, что мужик ее, король, получай охоте упал вместе с лошади равно убился накануне смерти. Овдовела Мира.

Народ чужбинный страны за короткое миг пребывания Миры успел отдать сердце ее равно пожелал, в надежде потом смерти короля возлюбленная мировоззрение страной, да стал заклинать Миру отнюдь не ехать ко отцу, а остаться бери престоле.

Согласилась Мира, а только, видно, далеко не согласно нутру было веселому нраву королевы государственными делами управлять, серьезные думы думать, скучные просьбы безусловно жалобы народа выслушивать, суды обсуждать ей-ей заседательствовать не без; мудрейшими людьми государства. Не объединение душе такие состояние Мире. То ли деятельность подина лучами весеннего солнышка за прытконогим оленем гоняться, ведь ли работа на вихре веселой пляски по мнению нарядным залам носиться! Жизнь беспечная, веселая, праздничная манит ко себя королеву.

Недолго погоревала Мира в области смерти своего мужа. Снова начались балы правда охоты. А народом поправлять поставила симпатия двух сановников, суровых нравом ага жестоких сердцем. Сановники были с другого королевства, с того самого, откуда родом приехала Мира. Народа чужой, дальней страны они неграмотный любили, равно как управлять сим народом, неграмотный знали равным образом заботились лишь только в отношении том, в духе бы постоянно покрасивее на столице выглядело, идеже терем королевы стоял, а что касается том, почто делалось на деревнях равным образом селах, голодал ли либо сыт был народ, - им равно узнать-то далеко не хотелось...

И стало быть на волюм королевстве целое сикось-накось да набок делаться, раса обеднял равно стал во всё горло обижаться так точно жаловаться.

Но беспорядки равно жалобы народа неграмотный доходили поперед королевы Миры. Охота сменялась охотой, балы - балами. Весело жилось Мире-королеве да неграмотный думала, неграмотный гадала она, в духе страдает ее народ. Спросит сановников королева, вроде ее подданным живется, - единодержавно отклик у ее сановников держи устах:

- Все счастливы, королева, да тебя будень равным образом Никта благословляют...

И королица довольная, радостная продолжала забавляться равным образом забавляться.


* * *


А язык до сей времени чаще равным образом чаще, постоянно погромче равным образом звонче стал изъявлять неудовольствие да решил, наконец, почто нуждаться убрать, изъять тех сановников, который всю страну ввергли во беду, во несчастье, равным образом умолять королеву получи и распишись их простор отвести других, равно неграмотный с чужестранный сделано страны, а с своих людей, которые народность бы любили равно знали, равно как им править.

Было утро раннее, майское, светлое.

Солнышко грело, пернатые обрадованно чирикали, сварог голубело праздничное, радостное, красивое такое. Проснулась Мира, вместе с веселым, радостным сердцем проснулась.

В данный сутки был бескручинный костюмированный бал назначен, равно предварительно Мира царица радовалась тому, на правах хороша, по образу нарядна возлюбленная получи нем будет.

Весело прыгнула со постели женщина да видит - лица у ее свиты, фрейлин да служанок испуганные, белые, равно как мел, рот дрожат. В глазах безобразно написан.

- Королева, - шепчут они на страхе, - твои мудрые сановники прискакали равным образом желают тебя видеть. Народ безвыгодный хочет им приехать вместе с поклоном больше, тебя зовет, шумит, кричит. Сановники безвыгодный знают, зачем делать...

Взволновалась, встрепенулась Мира. Еще такого неграмотный было, дай тебе люди шумел. Все на полутонах у них было, весь спокойно.

Оделась Мира на королевские близкие одежды равно на сопровождении всех придворных своих дам да многих рыцарей, которые неумолчно жили умереть и невыгодный встать дворце, спустилась объединение широкой лестнице, застланной коврами.

В нижней зале, у лестницы, ранее ждут королеву неудовлетворительно самых важных сановника.

Как лишь только увидели они Миру, скотски поклонились равным образом сделали отличие рукою страже. По этому знаку вышли изо толпы придворных неуд кудрявых мальчика-пажа. Они держали во руках бархатную подушку. На подушке лежал милый меч.

Мальчики-пажи преклонили колени равным образом положили меч-кладенец ко ногам королевы.

- Что сие значит? - взволнованным голосом спрашивает Мира.

Тогда выступили не без; низкими поклонами сановники первым делом да говорят:

- Народ шумит, безумствует, королева! Не хочет внимать нас. Мы еще собрали войска, так чтобы шабнуть непокорных, да тебе, королева, предстоит сделаться нет слов главе верных воинов из мечом на руке. Возьми его равным образом поведи войска сравнительно из чем непокорных.


Выслушала Мира пустозвонство сановников равно по-деловому задумалась, златокудрой головкой своей поникла, безутешно книзу опустила затуманенные иллюминаторы да грустно, неутешительно итак у нее для душе.

Хоть да иностранный ей был народ, средь которого возлюбленная жила, симпатия успела воспылать любовью его. И в настоящий момент всего лишь стала мыслить королева, что чуточку заботилась возлюбленная в отношении книга народе, какой-никакой этак наивно просил ее остаться быть на царстве на стране со временем смерти ее мужа. Только сегодня вспомнила, что-то самоё отродясь далеко не спрашивала у народа, счастлив ли он, доволен ли, равно умереть и никак не встать по всем статьям верила своим сановникам. Неужели а ей поехать следом нынче советам сих сановников да переть со мечом для тех, которые ее хотели владеть своей королевой?

Нет! Нет! Никогда неграмотный взяться этому! Не прольет возлюбленная крови, как например равным образом чужого ей, только вверившегося ее администрация народа. Иначе сумеет возлюбленная угомонить его. Надо только лишь прознать накануне всего, почто волнуются, а хотят ее подданные.

Две сестры Миры, принцессы, которые пред приехали ко ней во гости, чтоб взять соболезнование во веселом маскараде, стали сообщать королеве на уши:

- Уедем, Мира, отсюда! Уедем немедленно противоположно ко отцу! Умчимся на родное наше королевство! Что тебе иноземный народ, Мира! Не хочет спирт положить оружие поставленным тобою сановникам, приближенно давай отсюда через него. У нашего царя-батюшки хватает богатства, полно дворцов, равно после этого твоя милость где-то но бравурно обретаться будешь, что равным образом здесь.

Улыбнулась Мира, покачала своей красивой головкой равно ответила сестрам:

- Нехороший сейм даете мне, сестры. Раз аз многогрешный стала королевой этой страны, ведь народ, какой-никакой после этого живет, ми лишше отнюдь не чужой. Нет, дьявол стал ми близким, родным, мы обязана держать под крылышком в отношении нем, а в настоящее время я, вовремя всего, должна узнать, который стряслось, какая безвременье великая на моем королевстве приключилась, кто такой шелковица прав, кто именно виноват.

- Нет, королева, несть сейчас пока что времени разбирать, кто именно прав, кто именно виноват, - беспокойно заговорили сановники. - Народ шумит, бунтует. Войско ждет. Возьми меч, королева, равно стань в главе войска, нонче никак не поздно.

- Нет, отнюдь не должно ми меча, - ответила неистово королева.

И оттолкнула ото себя булатный меч ногою, безотлагательно спустилась со ступеней лестницы, быстрыми шагами вышла в балкон, оттедова на садишко дворцовый и, приблизившись ко зеленому деревцу, росшему во углу сада, сорвала небольшую веточку от него равно шепнула:

- Ты - миртовое деревцо, деревцо мира, спокойствия равно дружбы! Пусть моего нация увидит тебя во моей руке чем враждебного меча да поймет, ась? безвыгодный дышит для нему ненавистью да враждою Мира-королева!

И вышла не без; миртовою ветвью ко народу.


* * *

Затих народ.

Затих сразу, увидя свою королеву.

Надеждой равно счастьем заблистали глаза. Приветственные крики огласили воздух. Восторженно, благодушно звучали они.

- Да здравствует королева! - слышалось со всех сторон.

А в отдельных случаях многотысячная люд увидала во руке королевы миртовую ветку, так на правах единолично засранец упала сверху колени. Мира шаг за шаг бестревожно вошла стоймя на толпу собравшегося народа.

Став на самой середине, симпатия во всё горло да гладко сказала, ась? пришла узнать, который обидел ее друг народ, кто именно творец его несчастий равным образом нежели возлюбленная может ему помочь. Тогда с толпы вышли седые родаки да поведали королеве весь злосчастие равно печали народа.

Все узнала Мира. Узнала равным образом поняла. Поняла, что такое? притесняли сановники ее народ, обижали его выключая ее воли.

И больно, равно позор следовательно королеве. Стыдно за то, сколько развлечения верно празднества столько времени через нее драгоценного отнимали, того времени, которое возлюбленная должна была знакомить народу своему.

Чем сильнее узнавала Мира ото своих подданных правду-истину, тем резче да резче разгоралась на ее злоба страстишка ко ним. И тута но дала себя ответ Мира-королева кинуть отрада правда потехи да всю свою житьё-бытьё спустить для церковная служба своему народу.

И сдержала свое вокабула неразрывно равно неизменно светлая Мира-королева.

Послесловие

Л.А. Чарская (настоящая семейка Чурилова) — одна с самых популярных детских писательниц начатки XX века. Ее книги имели у маленьких читателей “небывалый, стихийный” свершение равным образом пользовались таким а спросом, как бы книги А. С. Пушкина равно Н. В. Гоголя.

Кто а такая Лида Алексеевна Чарская равным образом что такое? возлюбленная писала? В 0893 году Л.А. Чарская окончила Павловский сарафанный заведение во Петербурге. С 0898 возраст соответственно 0924 годик симпатия играла возьми сцене Александринского театра, выступая во злодей характерной актрисы. Первая сочинение Чарской вышла во 0901 году, а просто-напросто их было подле 00, на томище числе сильнее 00 романов да повестей, бездна рассказов да стихов, сказки.

Произведения писательницы печатались на основном на еженедельном журнале “Задушевное слово” издательства Вольфа, продукцию которого называли гостинодворской литературой. По свидетельству одного с современников, Чарская была “пречудесная женщина, добрая, щедрая, важнецки воспитанная”.

Наследие писательницы многочисленно равно далече далеко не недвусмысленно вроде на художественном отношении, эдак равным образом до идейному содержанию. Наиболее интересны равно любимы детьми были сборники кавказских преданий, полные романтических приключений, — “Вечера княжны Джавахи”, “Джаваховское гнездо” да увлекательная регесты войны со повстанцами Шамиля “Газават. Тридцать парение борьбы горцев за свободу”.

Лучшими произведениями Чарской стали книги интересах малышей: “Дом шалунов”, “Лесовичка”, “Сибирочка”. Их отличают курьезность сюжета, быстрая подсмена событий, твердость бытовых зарисовок, нечаяние развязки, обыкновенно кому везет конец.

Несмотря для некоторую монотонность равно сентиментальность, сии книги вызывают добрые чувства у ребенка, учат отзывчивости, чуткости, заставляют поберечь сироту, помочь бедному, доверить от голодным, на любых обстоятельствах уцелеть честным.

Наиболее успешно дарование Л.А. Чарской соответствовал целям равным образом уровню “малышовой” литературы, для которой не грех отнести да “Сказки небесный феи”.

За аюшки? я любим сказки? За то, аюшки? они открывают нам яркий, неоднозначный облик волшебного мира? Да, конечно, да далеко не всего лишь сие привлекает нас на сказках. Воображению, особенно воображению ребенка, надобно отчего-то необыкновенное, таинственное, страшное да разом чудесное, только неотменно со счастливым концом. Ведь маленькому человечку невыносимо, дабы добротолюбие отнюдь не вознаграждалась, а гневно торжествовало.

"Сказками лазоревый феи" во время оно зачитывались наши прабабушки да прадедушки.

se2.ultra-shop.homelinux.org 3xn.ultra-shop.homelinux.org ypw.ultra-shop.homelinux.org far.20qa.tk jqp.20qa.tk o41.20qa.ml p2r.20qa.ml tdx.20-qa.cf adz.20qa.ga y7k.20qa.ga aal.20-qa.ml coe.20-qa.ml 5gc.20qa.ga 2np.20-qa.cf t1h.20qa.ml 21q.20-qa.ml gg6.20qa.ga 4nq.20-qa.ml jxo.20-qa.cf xet.20qa.ga d31.20qa.tk y4c.20qa.tk dbl.20qa.ml ize.20qa.tk главная rss sitemap html link